– Вани? Ты меня слышишь?
– А? – поворачиваюсь на голос я. – Нет, я думала о Розе.
Теперь оборачивается Риккардо:
– Как это ты думаешь о Розе, если даже ее не знаешь?
– Вы когда-нибудь шутите вместе?
– Конечно. Каждый раз, когда она готовит что-нибудь особенно вкусное, или до блеска отдраивает ванную, или что-то в таком духе, я делаю вид, что безумно в нее влюблен. Встаю перед ней на колени в коридоре и прошу: «Сбежим вместе, Роза! Ваш муж поймет!», и она смеется как сумасшедшая. А почему ты спрашиваешь?
– Да так, – улыбаюсь про себя я.
Дом Риккардо производит на меня то же впечатление, что и веб-сайт Бьянки. Все так безупречно, идеально организовано, что почти выводит из себя. Места не так много, потому что такому счастливчику, как молодой профессор, случайно ставшему известным писателем, было бы непростительно хвастаться огромной квартирой или пентхаусом с видом на Моле-Антонеллиана[31]. По той же причине его квартира не слишком шикарная. Даже не в самом модном районе – если предположить, что у Турина с его сдержанными королевскими манерами такие «модные» районы есть вообще. Но дом находится в симпатичном старинном квартале, вид с третьего этажа открывается скромный, а внутри довольно просторно, и, если не считать пирамид валяющихся вещей, которые сейчас спрятаны в другой комнате, подальше от глаз, его квартира вполне подходит молодому человеку, который живет один.
И, конечно, чтобы хоть куда-нибудь втиснуть машину, пришлось восемь раз по кругу объехать близлежащие кварталы, но какая разница. Это мегаполис, детка.
– А спрашивал я о том спектакле, что вы сегодня днем устроили с… Берганцой, верно? Было похоже, что ты его консуль… Ой! – Кажется, обжегся. – Быстрее, освободи стол, это просто кипяток!
– Ставь сюда, – предлагаю я, передвигая бокалы. Риккардо роняет булькающую емкость так, будто она пыталась его убить.
Я делано вздрагиваю от волнения:
– Боже, как сексуально. Мужчина играет с опасностью.
Риккардо корчит мне гримасу в ответ, но не упускает возможность коснуться моих губ поцелуем, не очень поспешным и не очень невинным.
– Очень смешно. Вообще-то, научно доказано, что мужчины, которые умеют готовить, кажутся женоподобными и малопривлекательными.
– Чего? Ты уверен, что знаешь женщин так хорошо, как говоришь? Совсем наоборот: умение готовить делает из мужчины альфу, независимого, умелого, который точно выживет. Женщины по ним с ума сходят. Боже, какая удача, что статью для женского журнала тебе пишу я.
Риккардо замолкает. Потом запускает руку в волосы.
– Кстати… Знаешь, Вани, сказать по правде, я чувствую себя немного виноватым, что это приходится делать тебе. То есть да, я сам сказал Энрико, что мне совсем неинтересно и что хочу избавиться от этой фигни, но мне неприятно, что ты должна тратить свое время на то, что, вообще-то, я мог бы сделать сам.