— И ещё Продавцы, — напомнила Дарина.
Я кивнул.
— Верно. Продавец появился первым. Рассказал про всякие ужасы, про то, что я должен спасти мир. Ну, «ты избранный», всё такое… Мы бы и не дёрнулись, если бы не его слова, не пошли в Гнездо, не кинулись за Лихачёвым.
— Допустим… — Милана замолчала. — Ну и что это меняло для Высшего Прежних? Кто бы нас ни выбросил в чужую реальность, мы стали добычей. Он очень сильный, он бы победил!
В глубине души я понимал, что она права. Это была бы жестокая схватка, в ходе которой пострадал бы Ровиан, но, скорее всего, Высший нас бы поглотил. Но я сказал:
— Ещё не факт, что справился бы… Дело в другом. Мы отрава.
Милана нахмурилась.
— Мы слишком разные с Высшим Прежних, — добавил я. — К счастью, он это понял. Ни один Высший не доверился бы другому, как мы.
— Мой смысл необратимо изменил бы его, — согласилась Милана. — Исказил. Разрушил. Он стал бы совсем другим.
— И вовсе не обязательно хорошим, — заметил я. — Но слабее. Это… — я подумал, подыскивая аналогию. — Как добавить в чай молоко и лимон сразу. Всё испортится.
— То есть нас обманом отправили в иную реальность, чтобы мы погубили Высшего Прежних? — спросила Дарина. — Подождите… а если бы мы отправились к Инсекам, как хотели вначале?
— Мы могли бы погубить Высшего Инсеков, — сказал я. — Видимо, это тоже годилось.
— Зачем? — Дарина вновь пожала плечами. — Убрать Милану, чтобы исчез её Высший, — это понятно. А уничтожить Высшего в другой реальности, кому это нужно?
— Тому, для кого мало этой, — ответила Милана.
Я почувствовал, как её ладонь в моей руке стала жёсткой и напряжённой. Милана встала, совершенно обычным движением, будто гравитация перестала играть для неё всякую роль. Подошла к стене — и та вдруг стала выворачиваться перед ней, формировать туннель.
— Высший… — прошептала Дарина.
Раньше появление Высшего Миланы вызвало бы у нас восторг. Наш защитник, в какой-то мере даже друг… наше будущее, в конце концов!
Но теперь всё было иначе.
Мы сами становились чем-то похожим.
Мы теперь лучше понимали Высших.
Они от нас безмерно далеки.
Это как Бог. Тот, который в Библии. Можно его назвать добрым? С одной стороны, вроде как да. Не убий, не укради, всё такое…
А с другой — потоп, Содом и Гоморра, казни египетские, испытания Иова на праведность. И если с потопом, Содомом и Египтом хоть какие-то основания есть, так с Иовом и его детьми очень некрасиво получилось.
Так вот и Высшие.
Они могут хотеть хорошего, могут быть на твоей стороне, могут помочь и даже сказать чего-нибудь доброе. Но когда им что-то не нравится, они даже рассуждать не станут, кто может пострадать: хороший человек, ребёнок, котёнок, милый городок, похожий на старинную открытку…