— Хорошо, Лорриель, — согласилась она, не меняя своего сурового выражения на лице. — Так вы объяснитесь?
— Эм, да, стражу я к тебе приставил неспособную уследить за одной тобой, постоянно теряют, — всплеснул я руками, — даже не знаю, что с ними делать.
— Отправить следить за кем-то еще, быть может?
— Хорошая попытка, — ухмыльнулся я, погрозив ей пальцем, — но нет, не получится.
— Ладно, я нашлась, можем идти, — Амелия отвела глаза и попыталась встать.
— Нет, не можем, — остановил ее, взяв за запястья, — поговорим здесь.
— О чем же желает поговорить император? — она вопросительно изогнула бровь, и хотя тон ее оставался вежливым, в нем чувствовалась издевка.
— Дай-ка подумать, возможно, о том, что ты подслушала сегодня, стоя за портьерой в одном кабинете? — копируя Амелию, ответил, приторно улыбнувшись.
Она сразу же заметно побледнела.
— Поэтому вы здесь, да? Испугались, что ваш способ сделать себя сильнее куда-то сбежал или натворил что-то с собой, раз догадались о том, что я подслушивала. Могли бы разоблачить меня в кабинете, и не пришлось бы изображать из себя благородного героя, которому стыдно жертвовать одной девушкой ради блага человечества! — Амелия распалялась все сильнее и сильнее.
— Я не притворялся! Я не знал тогда, что в кабинете есть кто-то третий, вернее, не придал значения своему чутью, решил, что показалось, я догадался позже!
— Какая разница. Главное, вы знаете, я знаю, Гарриет знает. Теперь понятно, почему вы оба так добры ко мне, — зло выплюнула она. — А я все думала, почему меня объявили избранницей!? Ведь есть много девушек родовитей, богаче, красивей, в конце концов! Но нет, «повезло» не им.
— Амелия, успокойся, пожалуйста, ты не так все поняла, — попытался успокоить я ее, — вернее так, но не все.
— Так, не так, да какая разница!? Все равно исход один, — жалобно всхлипнула она и уткнулась в свои колени, — я лишь средство достижения цели, и никому нет до меня дела, до того, что станет со мной.
— Не говори так, — осторожно приподнял ее голову за подбородок, — мне есть дело до тебя.
А потом неожиданно даже для самого себя, склонился к ее лицу и поцеловал прямо в приоткрытые губы.