— С ума сошла? — гневно воскликнул парень. — Ты не в себе!
— Отвали от меня! Это все из-за тебя! Все из-за тебя! — закричала я, залепив ему пощечину. Он стоял, продолжая удерживать меня на руках. А я все била и била его по каменным плечам, по застывшему лицу.
Потом, уставшая, затихла, прижавшись носом к ее шее. Бессильно плакала.
Он молчал. Смотрел на меня, сжав зубы, тяжело дышал. Желваки играли на его скуле.
— Я знаю. Я облажался… Зря на Джексона понадеялся…
Я истерично рассмеялась, заглядывая ему в глаза.
— Если бы не было тебя или меня, одного из нас, не было бы всего вот этого. Понимаешь, что существование одного из нас отравляет жизнь другому? Пока один из нас жив, второй не будет счастлив.
— Не неси чушь, — раздраженно буркнул он.
— Ты сам так считал в детстве, не так ли?
— Оглянись! Мы уже выросли! Твоя теория просто нелепость! И да! Я был маленьким кусочком дерьмеца в детстве, довольна?!
— А разве ты изменился? — с иронией спросила я.
Торнхилл устало вздохнул.
— День сегодня просто отвратный. А твой острый язык подливает масла в огонь. Да, я и сейчас считаю себя редкостной сволочью. Ты довольна?
— Да мне плевать.
— Так я и думал. Тогда не стоит тратить на это время. Пойдем отсюда.
Положив меня на край мерзлой земли, вылез сам, а потом снова взял меня на руки. Я не сопротивлялась, потому что, если честно, тело вообще меня не слушалось. Я даже испугалась, что мне что-то отбили или я отморозила.
Вокруг никого не было. Все куда-то подевались.
— Стефану нос сломали… Нужно его найти…
— Уверен, с носом он справится. Поехали отсюда. У выхода стоит машина. Здесь мы сегодня не останемся, я отвезу тебя домой. Отдыхай пока.
— А у меня есть дом?
— Есть, Ди. У тебя есть дом.
Прижав меня к себе, он уверенно шагал куда-то в темноте, а я украдкой вдыхала его запах. Моя нелепая детская влюбленность в этого мальчишку давно прошла, но пахнет он, по-прежнему, божественно. И еще его запах навевает воспоминания.
— Мой телефон остался в конюшне, — запоздало вспомнила я.
— А тебе он нужен?
— Да нет… Если только узнать как дела у Стефана. Он был со мной, когда они напали.
— Позвонишь с моего, — беспрекословным тоном заявил он, продолжая вышагивать.
Его кожа на шее покрылась мурашками от холода, в тонкой белой рубашке ему было явно холодно.
— Возьми пиджак, мне уже не нужно, — я попыталась вежливо вернуть его одежду. Мне и так было неловко, что он меня несет на руках.
— Все в порядке. Не парься.
«Не парься». Тоже мне рыцарь в сияющих доспехах.
— Что случилось с Джексоном?
— Господи… Вот язык же без костей… Не успокоишься, пока всю душу не вытрясешь. Джекс — болван, позволил обвести себя вокруг пальца. И за это он еще поплатится. А я еще больший болван, что понадеялся на него. Сказал же сегодня не высовываться! Упертое ты создание!