— Назначена Её Величеством единоличной королевой Эрнестиной, — воинственно отвечала девушка, готовая отстаивать новобретенную должность до последней капли крови. — Что до остального, — Кэрита на секунду запнулась, — не уверена, что я тот человек, кто должен сообщать Вашему Высочеству подобные новости.
Страх своими липкими пальцами пробрался в мое сознание, и сжал душу в кулаке. Я не мог пошевелиться от осознания происшествия чего-то непоправимого, ужасного. С каких это пор Эрнестина стала единоличной королевой? Слишком много вопросов для одного утра.
Я дрожал, сильно. Как и девушка передо мной.
— Госпожа Молиссон, — продолжил деревянным тоном. — Мне нужна запрашиваемая информация. Это приказ.
Несколько секунд Кэрита пыталась справиться с дрожью, попутно бросая на меня жалостливые взгляды. Меня пробрало понимание: ей жаль меня. Она жалела не принца — ребёнка, на долю которого, как уже давно известно в королевской резиденции, выпало слишком много недетских впечатлений. Она жалела ребёнка, которым я давно не был.
— Брианна Бергендорф арестована за убийство Его Величества короля Густава, — едва не плача, прошептала она.
Мне пришлось приложить усилия, дабы не потерять сознание. На негнущихся ногах я вышел из кухни; в какой-то момент пришлось ухватиться за ускользающую стену. Новость о смерти отца стала ещё неожиданней, чем о смерти матери. Может, потому, что плохое здоровье мамы давно давало о себе знать; может, потому, что я знал: в живых остался отец. Каменный и целеустремлённый, он сам пятьсот раз обидит свою семью, но не даст сделать это постороннему, и его смерть — это что-то из разряда паранормального. Как, как это может иметь какое-то отношение к действительности? Как вообще сюда вплетена бедная Брианна?
Крыло, где размещались детские комнаты, практически напрямую примыкало к крылу с кухней и большой столовой — где я и находился, так что, даже не отправляя себе отчета в своих действиях, отправился именно туда. По дороге раздумывал, к кому идти — Мэрит или Фрея? Был готов думать о чем-угодно, лишь бы не возвращаться мыслями к ужасающей действительности. В ближайшей ванной комнате остановился. Сначала умылся холодной водой, но лицо горело адски и голова разрывалась, а картинка перед глазами ежесекундно угрожала поехать в сторону. Так что я не стал мелочиться, и в душевой кабине простоял под ледяным душем, наверное, минут десять. Тело продрогло, однако в голове прояснилось, и меня вновь накрыло удушающей волной ужаса. Что теперь будет? Как мне защитить сестёр?
Сообщать Мэрит столь кошмарные новости совсем не хотелось, так что путь лег в сторону комнаты Фреи. Почему-то был уверен, что она уже в курсе происходящего. Мои догадки подтвердились, когда я, практически ничего не видя перед собой от потрясения, с третьего раза зашел в дверь, ведущую в её комнату. Девочка сидела на кровати, вперев невидящий взгляд в противоположную стену. Одета в самое простое, из имеющихся в гардеробе, платье — черное, льняное.