Я оглянулась.
— Мы далеко ушли от кампусов…
— Здесь хорошо, правда?
— А… Алекс, не надо, ладно?
Он попытался поцеловать меня в губы. Я отстранилась, попутно снимая с плеч его пиджак, поэтому его губы лишь легонько кокнулись моей щеки.
— Я же просила: не надо! Забери свой пиджак! — чуть не плачущим голосом воскликнула я.
Я побежала по направлению к кампусу, Алекс пару раз окликнул меня, но не стал останавливать.
«Умница, — произнёс голос Дилана в моей голове. — Ты всё сделала лучше некуда. Теперь будь осторожна, проверь, не подложили ли тебе какой-нибудь сюрприз в постель».
«Думаешь, он клюнул?»
«Он уже твой, бери, пока горячий, завтра обязательно поговори с ним».
«Ладно».
Народ ещё не вернулся с вечеринки в общежитие, так что я спокойно приняла душ и легла спать. Тяжёлый сон мгновенно навалился на меня, и Дилан, как неотделимая часть меня, тоже присутствовал там.
Раньше, когда мы только обрели бессмертие, нам казалось странным видеть одни и те же сны. Потом мы привыкли. Иногда я пыталась прогнать Дилана из своей головы, но делала это только когда злилась на него, а вовсе не от усталости. Нас сделали единым существом, мы оба знали, что чем дальше друг от друга находимся, тем слабей и беззащитней становимся. Только так нас и можно уничтожить. Поэтому свои уязвимые места мы держали строго в тайне.
Проснуться меня заставил шум вокруг постели.
«Началось», — сказал Дилан.
«Ненавижу такие моменты… Нет никого противней ревнивых баб…» — мысленно проворчала я.
Я открыла глаза и спросила по-английски:
— Что вы делаете?
— Ничего, — хихикнули соседки.
— Дайте поспать, пожалуйста, — но, не успела я перевернуться на другой бок, спиной к ним, как услышала.
— Куда ты ходила с Алексом?
— Никуда.
— Он тебе нравится?
— Не ваше дело.
«У-у-у, как грубо, дорогая. Они тебе это запомнят», — прокомментировал Дилан.
— Он нравится нашей подруге, так что больше не приближайся к нему. Ясно? — активно жестикулируя, заявила темнокожая губастая пышка.
— Это естественный отбор, детка, — сонно ответила я и накрылась одеялом с головой.
«Они тебя покарают за это».
«Что ты предлагаешь? Уступить им?»
«Если будут сильно доставать, снимем тебе квартиру. Ты должна сосредоточиться на Алексе. Остальное неважно».
Девочки меня мало волновали, а вот завтрашнее тыканье в меня пальцем могло подпортить мне конспирацию.
Спать одной было скучно и гадко, но я всё-таки заставила себя хотя бы немного отдохнуть.
Утром меня разбудила та же темнокожая Моника:
— Ты до обеда собираешься спать? — кричала мне она.
Я нахмурилась, не сразу сообразив, что делаю в этом балагане.