Глава 22. Вернёмся к почтенной миссис Гросс?
Сообщение мистера Гросса о том, что ужин готов, застаёт меня по середине лестницы, отчего я облегчённо выдыхаю. Ещё один рывок. И я очень надеюсь, что он пройдёт так же быстро и почти безболезненно.
Я обхожу мужчину, который изучает меня взглядом, пока ожидает остальных, и неловко ему улыбаюсь. Возможно, Линда Гросс поделилась со своим мужем тем, что обо мне думает. И теперь он ко мне присматривается пристальней.
Обеденный стол стоит у дальних от прохода в гостиную окон, недалеко от широкого прохода в кухню, и он так же вычурен, как и вся обстановка в целом. Стол огромный, на десять персон, о чём говорит количество мягких стульев за ним. Но накрыт он, разумеется, на восемь человек. Я легко догадываюсь, какое конкретное место приготовила Линда для меня – одинокий набор посуды посередине края стола со стороны самой гостиной. Роберта и Вики она уже усадила с краю со стороны окон.
Сама же хозяйка вечера сидит во главе.
Пока я на негнущихся ногах иду к своему месту, все прочие успевают меня обогнать. Мистер Гросс садится с другого торца стола, напротив жены. Молли занимает стул справа от своей мамы, Оливер – справа от своего отца. Никлаус, по приглашению рукой матери, садится между моей и его сестрой.
Выходит, я не ошиблась, предположив, где моё место.
– Ну же, присаживайся, дорогая! – поторапливает меня миссис Гросс.
Получается так, что сажусь я напротив Никлауса, и по бокам от меня два свободных места.
Словно наказана и представлена к суду…
Да уж.
– Так вышло, что мы привыкли сидеть именно так, – замечает Линда. – Надеюсь, тебе не будет одиноко, Анна.
О, уверена, что она надеется как раз на обратное.
– Вообще-то, когда я появлялся за этим столом в последний раз… – поднимается на ноги Никлаус, подхватывая тарелки с приборами, – я сидел слева от тебя, мама.
– Никлаус! – шипит женщина.
– Всё правильно, Линда, – замечает следом Оливер, пересаживаясь на место ближе ко мне. – Ты же не хотела, чтобы Ани стало одиноко – вот мы с Ником и не дадим ей скучать.
Мне хочется одновременно простонать от досады и закатить глаза на их упрямство, но то, как Линда Гросс недовольно поджимает губы, вызывает у меня улыбку, которую мне приходиться тут же спрятать.
Оба её сына на моей стороне.
Кажется, я начинаю понимать, почему парням так важны эти стороны – чувствовать поддержку против врага достаточно приятно. И пусть меня жутко смущает, что они оба уселись возле меня, я им искренне благодарна за это.
Дальше больше.