— Я… Я могу ехать? — парень нерешительно поглядел сперва на сотника, после на Ярииу.
— Кто же тебя держит, чумак? — Юдка хмыкнул, пожал плечами. ~ Возвращайся в свой Гонтов Яр! Думаю, камни там давно припасли! Вей, может, и хату хворостом обложили!
Парень замер, словно камнем стал. Ярина и сама вздрогнула. А ведь верно! Гриня и так чертовым пасынком почитали, а после налета «чертей» да после того, как кровь пролилась!..
— Я… К соседям уйду, — нерешительно проговорил Гринь. — В Ко-пинцы или в Минковку…
Юдка только усмехнулся. Ярина и сама поняла: не выйдет. Слух о бесовом семени прошел по всей округе. Даже те, кто не поверил, побоятся принять парня. А вдруг «черти» вдругорядь налетят!
— Так чего же?.. — Гринь затравленно обернулся, отчаянно поглядел на Ярину.
Та не нашлась, что сказать. Отвезти парня в Валки? С чего бы это валковским обывателям быть храбрее соседей? Был бы дома батька, так нет его, и некому прикрикнуть на трусов.
— А не поехать ли тебе с нами, Григорий? — Юдка наивно моргнул и не выдержал — усмехнулся во весь рот. — От имени пана моего обещаю, что никто тебя и пальцем не тронет. Ни тебя, ни брата твоего. А ему мы бабу найдем, чтоб кормила. Ведь негоже — столько часов дите на морозе держать!
И тут Ярина окончательно поняла — сговорились. Хитрый пан Рио что-то пообещал пану надворному сотнику. И ведь не придерешься, не станешь возражать! Все в своем праве: и Юдка, и Гринь Чумак.
— То може, на денек-другой? — Гринь вновь взглянул на девушку. — Хоть успокоятся в селе? Как думаешь, панна сотникова?
Ярина видела: парень устал. Смертельно устал быть «чертовым пасынком». Устал бороться — и за себя, и за жизнь брата. Впервые ему пообещали защиту.
— Смотри сам, чумак!
Девушка отвернулась, не зная, что сказать. Происходило что-то плохое, может быть, даже страшное, но не поймешь, не пояснишь. И шаблю из ножен не выхватишь.
— Гоже ли решили, панна зацная? — Юдка подъехал, улыбнулся. — Чумак с братом в усадьбе поживут, чтоб мугырей-дурней в соблазн не вводить, а разбойников, что младеня забрать хотели, мой пан по справедливости рассудит.
Сотник бросил быстрый взгляд на невозмутимого пана Рио, и Ярина почувствовала, как ее охватывает гнев. Страшный, унижающий гнев бессилия. Все было не так. Все было неправильно.
— Нас четверо против твоей сотни, — тихо проговорила она, стараясь не глядеть на ухмыляющегося Юдку. — Будь у меня хлопцев поболе…
— Нас всего три десятка, панна зацная. Но ты права. Только… Сотник на миг умолк. Исчезла наглая усмешка, глаза стали серьезны, даже суровы: