- Плюс двое убитых и столько же раненых - вероятно, пожизненных инвалидов.
- Вот уж действительно неоправданные жертвы, - заметил Монссон.
- Остается позаботиться о том, чтобы их не прибавилось, - заключил Кольберг.
Они тщательно обыскали старый "шевроле". У обоих был немалый опыт в таких делах, а Монссон вполне заслуживал звание эксперта по обнаружению вещей, которые ускользали от внимания других.
И на этот раз ему повезло.
Между спинкой и сиденьем кресла, что рядом с водительским, попала сложенная несколько раз тонкая бумажка. Обивка разлезлась, и бумажка застряла под ней. Кольберг был почти уверен, что он ни за что не нашел бы этот клочок.
Они возвратились в кабинет Монссона.
Кольберг развернул бумажку, Монссон вооружился лупой.
- Что это такое? - спросил Кольберг.
- Валютная квитанция, выдана каким-то датским банком, - объяснил Монссон. - Точнее, копия квитанции. Одна из тех бумажек, которые либо выбрасывают сразу, либо складывают и суют в карман. И теряют потом, когда из того же кармана достают носовой платок.
- И на ней положено расписываться?
- Как правило, - сказал Монссон. - Но не всегда. Зависит от правил данного банка. Здесь роспись есть.
- Ну и почерк! - сердито заметил Кольберг.
- А кто из молодых в наше время пишет лучше? Что там?
- Кажется, Ронни. Дальше К. И маленькая "а", и какие-то закорючки.
- Кажется, Ронни Касперссон, - заключил Монссон. - Или Каспарссон. Но это лишь догадка.
- Ронни - совершенно точно.
- Что ж, проверим, может быть, и обнаружится какой-нибудь Ронни Касперссон.
Вошел Бенни Скакке. Постоял, переминаясь с ноги на ногу. Кольберг посмотрел на него:
- Что там у тебя?
- Да вот, привел несколько человек, знакомых Кристера Паульсона. Девушка и два парня. Будете говорить с ними?
- Я поговорю, - ответил Кольберг.
Во внешности молодых людей не было ничего необычного. Впрочем, семь-восемь лет назад они сразу привлекли бы к себе внимание: длинные кожаные куртки с вышивкой, на парнях джинсы, тоже разукрашенные вышивками, на девушке длинная юбка, то ли индийского, то ли марокканского типа. Все трое в кожаных сапогах на высоком каблуке. Волосы до плеч. Они смотрели на Кольберга с тупым безразличием, которое в любую минуту могло смениться враждебностью.
- Привет, - поздоровался Кольберг. - Есть будете? Кофе, бутерброды?
Ребята пробурчали нечто утвердительное, а девушка тряхнула головой, убирая волосы с лица, и звонко отчеканила:
- Накачиваться кофе да объедаться белым хлебом - только себе вредить. Хочешь быть здоровым - ешь натуральные продукты, пока еще можно хоть что-то найти. Избегай мяса и всяких суррогатов.