Но шли дни, недели, месяцы, а удача так и не поворачивалась к нему лицом. На жизнь денег хватало, примерно половину припрятанного в лесу Прошкин сумел пристроить, но того главного, ради чего стоило рисковать, на горизонте так и не появлялось.
И вот однажды, когда Лукин возвращался с прогулки домой, он увидел поджидавшего его на лавочке у подъезда низкорослого крепко сбитого мужчину. Губы Лукина непроизвольно дернулись в улыбке.
"Кузьма Пацук”, – тут же всплыли в голове имя и фамилия.
Самсон Ильич поприветствовал его крайне сдержанно, даже не стал приглашать в дом.
– Как дела? – спросил он.
Пацук многозначительно подмигнул:
– Дела лучше некуда, – зашептал он, – за советом к вам приехал. Москва от Борисова – не близкий свет.
– Стоило ли тратиться на билет?
– Стоило, – убежденно проговорил Пацук и сильно сжал плечо Лукина. – Я нашел! – горячо выдохнул он.
– Что? – сдержанно поинтересовался Лунин, хотя уже понял, о чем идет речь, и сердце его сильно забилось.
– То самое, – Пацук осматривался по сторонам торопливо и с опаской.
Самсон Ильич имел твердое правило: никого из бывших уголовников в дом к себе не водить. Мало ли каким человеком Кузьма был на зоне, а вышел на свободу и вполне мог взяться за старое – в людей стрелять.
– Покажи, – шепотом предложил он Пацуку.
Пацук помялся, но все-таки вытащил из-под полы пиджака что-то тяжелое, завернутое в хлопчатобумажную ткань. Развернул на колене и, придерживая материю за края так, чтобы невозможно было увидеть со стороны, подмигнул Лукину. Тот бросил взгляд в мерцающий полумрак, там отливал холодным металлом крест.
"Массивный, серебро с золотом”, – определил Самсон Ильич и тут увидел надпись, сделанную по-гречески.
– Где взял?
– Такие вопросы вслух не задают, – мелко засмеялся Пацук и, тут же завернув крест в ткань, сунул его под мышку. – Мы же с вами, Самсон Ильич, сколько об этом в библиотеке говорили? Там нашел! Я же говорил, клад существует, а вы мне не верили.
– Клад нашел? – с расстановкой проговорил Лукин. – Ты нашел клад и такой бедный?
– Я к вам приехал за советом.
– Полагаю, крест ты украл в музее или в церкви.
– Нет, Богом клянусь! – Пацук неумело перекрестился.
– Пошли, – последние сомнения у Самсона Ильича отпали, и он набрал код на замке подъезда.
Уже в квартире за письменным столом Лукин в пятне света настольной лампы внимательно рассмотрел крест, погладил его пальцами. Но по привычке при этом делал недовольное лицо.
– Всякая вещь имеет цену. Серебро, золото. Золота здесь мало, серебро дешевое. Максимум, что я могу предложить, – Лукин задумался, возвел глаза к потолку, прикинул стоимость билетов от Борисова до Москвы и обратно, прибавил к ним суточные Пацука. На все про все оказалось сто долларов. – Значит, получишь пятьсот: двести сегодня и триста завтра.