— Я держал твой нос очень близко к жернову, сынок. Вина тут такая же моя как и твоя. Нельзя увидеть большую Картину, выуживая Валовой Национальный Продукт Боливии и сопоставляя его путем перекрестных ссылок с…
— Я видел все данные, — повторил Дэвид. — Я держал все это в руках. Но так и не сложил его раньше в единое целое.
— Может быть ты не хотел этого, — предположил Кобб. — Это ведь здорово пугает, не так ли?
Дэвид посмотрел на его морщинистое обветренное лицо:
— Мы должны что-то предпринять насчет этого.
— Я же тебе говорил, сынок, мы ничего не можем поделать.
— Я хочу сам проверить это.
Кобб чуть не улыбнулся.
— Разве ты не веришь мне?
— Вы говорите мне правду… какой вы ее видите, — сказал Дэвид. — Так же поступал и Лилиенталь, когда сказал, что никто и никогда не создаст аэроплана способного летать. Братья Райт нашли способ.
— И ты думаешь, что сможешь найти способ предотвратить катастрофу.
— Я хочу попытаться.
— Она, как ты уже знаешь, уже началась. Она началась тридцать лет назад.
— Знаю. Но все равно я должен попытаться.
Кобб погрузился в податливую теплоту кушетки.
— Что ты предлагаешь предпринять? Все компьютерные изыскания в мире не изменят, знаешь ли, основные данные.
— Тогда мы должны найти новые вводы, новые концепции, новые курсы действий.
— Где?
— На земле. Я должен отправиться туда, сам увидеть…
Кобб заставил его умолкнуть подняв костлявую руку.
— Нет. Ты не можешь покинуть колонию.
— Но я…
— Ты не можешь покинуть колонию Дэвид. Я никак не могу позволить тебе улететь.
— Знаю, — сказал Дэвид. — Юридически я не являюсь гражданином никакой земной страны. Но я могу стать гражданином Всемирного Правительства. Все, что мне требуется сделать, это заполнить простую анкету…
— Это она тебе сказала?
— Эвелин? Да.
— Ну, она права. Это достаточно верно, — признал Кобб. — Но твою проблему это не разрешит. Юридически ты движимое имущество — точно также как рабочие, прибывшие сюда трудиться по контракту на пять лет. Они тоже не вольны уехать отсюда.
— Это просто формальность, — возразил Дэвид.
— Но я буду настаивать на соблюдении этой формальности, — сказал Кобб. — Я не хочу, чтобы ты отправлялся на землю. Там тебя ничего не ждет, кроме разбитого сердца и опасностей. Ты останешься здесь, где тебе и место.
— Вы не сможете меня заставить остаться здесь! — вскочил на ноги Дэвид. — Я вам не раб!
— Я могу заставить тебя остаться здесь, сынок. И юридически… ну, может ты и не раб, но уж определенно не волен уезжать куда хочешь.
— Это преступно!
— Я только пытаюсь тебя защитить, Дэвид, — Кобб откинулся на спинку кушетки, чтобы посмотреть ему в лицо. — Корпорация всадила в тебя кучу денег. Совету не понравится, что ты бегаешь где-то на Земле, рискуя своей очень ценной шкурой. С ученым сословием случится приступ! Чтоб их драгоценный эксперимент смылся от них? Они усядутся на тебя даже если я ничего не стану делать.