«Один из главных органов слежения – с самого рождения они следят за ключевыми моментами в жизни каждого. Разве что задницу не подтирают.»
Навстречу шла улыбчивая женщина в бардовом платье, в очках и с высокой причёской.
– Что вам угодно?
Человек прохрипел что-то неразумное из-под респиратора, схватил её за горло. Она хрипела и хваталась за воздух руками, видно было, что у неё начинаются глюки. Номер двести сорок девять.
Странная особенность человеческого организма: вместо того, чтобы в минуту опасности мобилизироваться, он начинает прощаться с жизнью, обезболивать и продуцировать глюки. Это нужно помнить всегда, чтобы использовать это на противнике.
Над окошком кассы в конце коридора повисло лицо убитой женщины. Без тела.
– Бедный Йорик! Я знал его, Горацио.
Голова вкатилась через дырку в кассу на колени к кассирше. Она потеряла сознание. Он подошёл к ней сзади, прижал к себе за голову, прижал нож лезвием к её горлу и резко резанул. Голову прижал вниз, чтобы не умирала слишком быстро. А так она будто уснула.
Номер двести пятьдесят.
Это во времена Шекспира комедией считалось то, где умерли не все. У нас, видимо, трагедия.
Время номер четыре. «Вечер»
–= 18:00, 6 часов назад =-
Вряд ли это был конец, ведь огромная винтовая лестница шла на второй этаж. В зале бракосочетаний не было никого, зато на выходе он столкнулся с девушкой.
«Не обязательно толкать людей; можно просто показать, что собираешься толкнуть, тогда они сами разойдутся.»
Он перехватил её за талию двумя руками, подбросил так, что смог ухватить за ноги и резким движением грохнул её об пол спиной. Нет, она даже не поцарапалась, она просто сразу же закрыла глаза. Номер двести пятьдесят один. Он сделал небольшой надрез у неё на шее, зачерпнул её пальцем кровь и вывел на стене «IDDQD».
Тут была проржавевшая совковая лопата в углу за дверью наряду с вёдрами и швабрами.
На втором этаже неспешно прохаживался из стороны в сторону опрятный мужчина в пиджаке и с бабочкой. Он был один. Человек в плаще и респираторе сзади, размахнулся лопатой, как топором, и разрубил его голову. Номер двести пятьдесят два.
Оппаньки, а ведь здесь где-то должен быть туалет типа сортир. Скорее всего, этот жених не один здесь был, его подруга где-то рядом.
Сортир был в другом конце зала, у окон. Размеренной походкой он подошёл к нему и встал с лопатой наизготове. Отсюда было лететь этажа три, потолки были высокими, к тому же падать пришлось бы на ступеньки.
Девушка в джинсовом костюме шустренько выскочила из сортира прямо под удар лопатой. Железка пришлась ей в подбородок, и она, сделав кульбит через голову, высадила окно и полетела с криком вниз. Жаль, она была готова жить и давать жизнь другим, но эта возможность ушла у неё из-под рук. Номер двести пятьдесят три.