— Зачем вы дали мне револьвер? — вместо ответа, поинтересовался Джон. — Какая вам была выгода от того, что я убил Боба Уизерелла?
— Я ощутил радость власти, невидимой для окружающих. Радость Бога, повелевающего людскими умами. Неужели это непонятно?
— А все остальное? — допытывался парень. — Вы притворялись, что на моей стороне, а сами работали на Пасьянса?
— Я просто натравливал вас друг на друга. Мне всего лишь хотелось видеть кровь — только потом появилась жажда денег.
— А ведь я любил вас, — тихо произнес Сэксон.
— Как и многие другие, — усмехнулся Дэниел Финли. — Я молю тебя не о жизни — смерть меня не страшит. Но я не хочу исчезнуть из памяти жителей Блувотера. Я всегда презирал их, но теперь понимаю, что они — мой единственный шанс на бессмертие. Дашь ли ты мне этот шанс, Сэксон?
— Да, — кратко бросил Джон. Он собрал со стола пачки долларов. — А ваших денег мне не нужно, Финли. Мне жаль вас. Даже теперь я не могу вас ненавидеть.
— В самом деле?
— В самом деле, — точно эхо отозвался Сэксон. — Прощайте! — И он протянул руку, которую Финли жадно стиснул.
— Теперь я знаю, Джон, что ты сдержишь слово и не станешь говорить обо мне дурно! Да благословит Бог твою добрую жизнь и да простит мне мою злую! Я пытался сделать из тебя мошенника и негодяя, но ты оказался слишком честен и правдив. Прощай!
Когда шаги Сэксона стихли за дверью, Финли уже писал:
«Всем, кого это касается. Я, Дэниел Финли, будучи в здравом уме и твердой памяти, собираюсь лишить себя жизни, переставшей быть полезной для окружающих и приятной для меня. Если я совершаю грех, нарушая неприкосновенность жизни, то в качестве оправдания могу назвать долгие годы тайной боли и отсутствия дружбы и любви. Прошу всех, кому я причинил зло, — если таковые есть, — простить меня. А если я когда-либо делал добро людям, пусть они помолятся за мою грешную душу, которая была одинокой на земле и, я уверен, будет такой же одинокой в ином мире.
Все то немногое, чем я располагаю, — мое имущество, деньги, дом, землю, — я завещаю славному и благородному человеку, Джону Сэксону, который был в этом мире самым близким из всех моих друзей и единственным, кто знал меня по-настоящему.
Дэниел Финли».
Закончив писать, адвокат отодвинул документ в дальний угол стола и взял револьвер «бульдог», который Сэксон принес ему из дома старого Бордена.
Он с горечью усмехнулся, внезапно осознав, что его жизнь ровным счетом ничего не значит и что прожитые годы были абсолютно пустыми. Все, что он делал, — это обманывал легковерных, и теперь его шанс сохранить о себе добрую память зависел от одного из тех, кого он обманул и предал и кто знал всю правду о предательстве.