Тропа Джексона (Брэнд) - страница 95

— Я не желаю лгать тебе, Джексон, поэтому не стану отвечать на твои вопросы. И вообще не желаю больше говорить на эту тему.

Он допил кофе, принял от нее самокрутку и прикурил от спички, которую поднесла ему Мэри, предварительно чиркнув ею о коробок.

— Послушай, дорогая. — Он решил перевести разговор в другое русло. — Ты плохо выглядишь — похудела, под глазами черные круги. В чем дело?

— Не сплю ночами, — призналась девушка. — Лишилась сна с тех пор, как попала сюда.

— Но почему?

Она указала рукой на боковую веранду, на которую выходило одно из окон столовой. Они могли слышать, как там время от времени поскрипывает стул под тяжестью мистера Такера, когда тот менял позу.

— Все из-за него, — пояснила Мэри.

— Из-за Такера? — изумился Джексон. — Такер для тебя что-то значит? — Он уставился на нее, не скрывая своих подозрений, но девушка, улыбнувшись, отрицательно покачала головой.

— В тебе еще столько от глупого мальчишки, Джексон! — проговорила она с грустью. — Сейчас я объясню тебе, что значит для меня мистер Такер. Он человек с большой буквы. Соль земли! У него очень доброе сердце. Я таких людей прежде не встречала. Но вот сейчас его жизнь превратилась в настоящий ад.

— Из-за чего?

— Да все из-за того, что его сын совершил страшную ошибку. Он сбежал и присоединился к этому убийце, проклятому Хэйману.

— Я уже слышал об этом, — кивнул Джексон.

— И это конец всему для бедного мистера Такера. Он всю жизнь трудился не покладая рук ради своей семьи. Сейчас его дом — полная чаша. Но зачем теперь это все? Мальчик-то сбежал! Вот он сидит и делает вид, будто читает газету, а на самом деле мысли его далеко. У него опустились руки. Даже ранчо стало ему ненавистно. Вся работа по дому вызывает отвращение. У него даже нет желания взглянуть на скотину, которая пасется на пастбище. Все его труды пошли насмарку, жизнь для него утратила смысл. Вот из-за этого я и не могу спать, Джесси. Его боль проникла и в мое сердце. Ты бы понял меня, если бы сам все это увидел своими глазами… Впрочем, подожди!

Мэри отошла от него и перевернула картину, висевшую на стене, обратной стороной. Джексон увидел увеличенную фотографию очень симпатичного парнишки, почти еще мальчишки по возрасту и мужчины по виду — у него были волевая нижняя челюсть и по-мужски острые глаза. О том, что он очень молод, говорили очертания рта, которые остаются до тех пор мягкими, пока боль и страдание не наложат отпечатки на изгиб верхней губы, сделав его жестким и более упрямым, да еще, пожалуй, по-детски наивное выражение глаз.

— Теперь ты можешь сам убедиться, — произнесла Мэри и, с опаской поглядывая на веранду, вновь повернула фотографию к стене.