— Еще смешнее было бы, если бы Мэт ввязался в драку с Круками — Кендал пыталась достучаться до мужа — Разве я стремилась унизить тебя, Мэт? Я просто хотела отвести беду.
Мэт все еще дулся и нее собирался так быстро прощать.
— Ну и ну! Не дай Бог услышать, что мой сын и невестка затеяли потасовку с этими беднягами Круками, покачал головой Гиб. — И совсем неважно из-за чего.
— Это ж дружки Кендал, а не мои, — недовольно проворчал Мэт.
Кендал, прислонившись к шкафу, медленно считала до десяти.
— Они мне не дружки, Мэт, — сказала она, немного успокоившись. — Билли Джо оказался моим подзащитным. А в соответствии с Конституцией Соединенных Штатов Америки каждый человек, включая Билли Джо Крука, имеет право на защиту в суде. Если я не ошибаюсь, в Проспере все еще придерживаются этой Конституции. Разумеется, мои клиенты редко представляют высшие слои общества, его сливки, так сказать.
— Вот это-то мне и не нравится, — подвел черту Мэт. — Ты практически ежедневно отираешься с этой голытьбой.
— Но это моя работа, Мэт.
— Я думаю, — вмешался Гиб, — все дело в разделенной лояльности. Ты приняла сторону Круков, а не сторону мужа, Кендал, и каждый мог убедиться в этом.
Кендал решила, что ослышалась, и повернулась, ожидая опровержения. Но тот был совершенно серьезен.
— Вы все преувеличиваете, — чуть не закричала она. — Вы оба!
— Ты, вероятно, права, — спокойно ответил Гиб. — Но это не должно повториться. Никогда. И, похоже, я нашел выход. Пожалуйста, присядь.
Она нехотя опустилась на стул. Гиб, как и Мэт, не давал ей возможности высказаться. Он просто одним махом отметал все аргументы.
— Вот уже некоторое время я вынашиваю некую небезынтересную идею, — издалека начал Гиб. — Сейчас, кажется, самый подходящий момент вас ознакомить. Кендал, ты никогда не мечтала вернуться в частную фирму и заняться частной практикой?
— Нет, что-то не припомню.
— А может, стоит подумать?
— Я не горю желанием работать в условиях ожесточенной конкуренции, где вся энергия уходит на карьеру, а не на профессиональные обязанности.
— А что, если там не будет ожесточенной конкуренции? — загадочно поинтересовался Гиб. — И вообще никакой конкуренции? Что, если я посажу тебя в твой собственный офис? Я бы оплатил все счета, пока ты не станешь зарабатывать самостоятельно.
Такого поворота событий она никак не ожидала и несколько мгновений, показавшихся вечностью, приходила в себя. Одно она знала наверняка: надо отклонить это предложение. И отклонить очень деликатно и дипломатично. Через секунду она взяла себя в руки и недрогнувшим голосом ответила: