Паша замер.
— Я не говорил, что собираюсь туда вернуться.
— Я только высказал идею, — уточнил Шарль. — На дерби Эпсома, например?
— Если не уеду в Грецию.
— Тебе нет нужды туда соваться. Гильемо всех поставил на уши.
— Я поеду, Шарль. Не останусь ради Трикси Гросвенор. Да и ради любой женщины. В свои двадцать пять.
— В таком случае баронесса Ласель просила передать, что сегодня она дома.
— Сейчас четыре часа утра, — напомнил ему Паша.
— Она сказала своим соблазнительным контральто, что для тебя ее дом всегда открыт. Я ответил, что мы подумаем на эту тему.
— Мы? — Паша улыбнулся.
— Она получила большое удовольствие в тот последний раз, когда мы были у нее. — Шарль устремил взгляд к зашторенному окну, выходившему на улицу. — Здесь недалеко, можно дойти пешком.
Паша посмотрел на настенные часы, пытаясь сосредоточиться.
— Во сколько нам нужно быть на слушании?
— В десять.
— И для встречи с Клуарами ты полностью готов?
— А чего там готовиться? Феликс нашел завещание. Клуэ достаточно на них взглянуть, чтобы заставить расплатиться.
— В таком случае до девяти у нас есть время.
— Пять часов бесконечного очарования Каролин.
— Возможно, я только посмотрю, — сказал Паша.
— Возможно, сегодня утром не взойдет солнце.
— Ты настаиваешь?
— Хочу, чтобы ты перестал хандрить.
— Я не хандрю.
— Ну, что тогда? — вкрадчиво поинтересовался Шарль. Положив ладони на подлокотники, Паша после минутного колебания поднялся.
— Ей придется как следует постараться, чтобы меня развеселить.
В будуар баронессы их проводил высокий, крупного телосложения лакей. Страсть баронессы к рослым мужчинам, включая слуг, была хорошо известна.
— Шарль! Паша! Проходите, — помахала она им с кушетки. В кружевах и оборках розового муслинового пеньюара она выглядела восхитительно женственной. — Клод, принесите нам шампанского. — Переведя взгляд с лакея на гостей, она спросила: — Может, хотите перекусить?
Шарль отказался за них обоих.
— Тогда идемте, я вам покажу свою новую книгу для постели. — Баронесса была маленькой, надушенной и вызывающей, полностью соответствуя типу женщин, пользовавшихся большой популярностью в высшем обществе. И к тому же бледной, как изморозь, блондинкой. — Пуша только сегодня мне ее доставил. Иллюстрации просто замечательные. — Теперь, когда ее престарелый муж наконец отошел в мир иной, бездетная вдова Каролин Лассель наверстывала упущенное. — Вы вечером не приехали, и я подумала, что вас переманила герцогиня Каталания.
— Паша хотел выпить. Мы были в «Жокей-клубе», — отозвался Шарль, направляясь к баронессе по розовому ковру.