- А если это исходит от соседа?
- Мало лет вы с соседями знакомы? Шпион, да? А вы - дипломат, у которого хранятся страшно важные тайны. Вздор, дорогуша! Ищите разгадку в другом.
- В чем доктор?
- Кабы я знал! Подождем, понаблюдаем. Поменьше пейте, избегайте волнений, следите за собой и держите себя в руках. Я дам вам таблеточек для успокоения нервов... Ночевать вы, надеюсь, останетесь у нас.
Собираясь сюда, Олег Петрович именно так и намеревался, но сейчас уловил за сказанным предложением тайную надежду на отказ, чувствовалось, что хозяин все-таки побаивается гостя.
"Бог с ним, пусть спит спокойно, а то еще встревожится, оставаясь со мной на ночь, чего доброго скальпель себе под подушку положит вместо пистолета".
И Олег Петрович уехал. Он не осудил приятеля, прикинув, что и сам вряд ли был бы спокоен, если бы к нему заявился знакомый, очень уж смахивающий на сумасшедшего.
18
Дирекция завода напрасно надеялась на затяжку дела с компьютером, не на такого, оказывается, напали: Олег Петрович сразу же затеял по этому вопросу оживленную переписку с Управлением, у директора не было основания отказывать в санкции, а Управление, чтобы отделаться от настойчивых запросов, нацелило завод на министерство. Тогда Олег Петрович вызвался съездить в министерство для личных переговоров.
- Посадили мы себе, кажется, ежа в штаны, - проворчал главный инженер.
- Ничего, пусть изведает на собственной шкуре, как лазить по "верхам"! - успокоил директор. - Набьет шишек из-за ЭВМ, глядишь, отобьет охотку к реформам.
- Нас же и посадит в лужу со сроками проектирования. Может, одернуть? При Льве Васильевиче было куда спокойнее.
- Не стоит вмешиваться, пусть сам нарвется, убедительнее будет выглядеть...
За день до отъезда в кабинет Олега Петровича с утра пришел Иван Семенович и подал заявление об увольнении, что было весьма некстати, так как именно на него хотел оставить Олег Петрович бюро на время своего отсутствия.
- Что вам не работается, Иван Семенович? - вздумал было отговорить Олег Петрович. - Может, недовольны чем-нибудь?
- Причин для недовольства у меня нет, но годики подпирают, пора-таки на пенсию.
- Годики на вас не вдруг свалились, однако при Льве Васильевиче они вас не тревожили, можно подумать, что без него вам стало тут неуютно.
- Нет, нет, что вы! Смена руководства здесь не играет никакой роли. Просто - пора.
- Может быть, хоть на две недельки задержитесь, пока меня здесь не будет?
- Не стоит, право, все равно у меня голова не тем забита.
Допытываться, чем же, собственно, занята голова Ивана Семеновича, не имело смысла, видно было, что отговаривать его бесполезно, и потому Олег Петрович подписал заявление и только спросил: