Выдержит ли он пышный прием, который Рексхэм решил устроить назавтра в честь возвращения сына? В Дорнли была приглашена вся знать округи. Кайл знаком почти со всеми гостями, но многолюдное сборище наверняка утомит его. Саму Трот перспектива приема ужасала, она решила остаться в своей комнате. В отличие от рождественского бала в Уорфилде здесь ее никто не хватится.
Неожиданно сквозь тучи выглянуло солнце. Расчесывая волосы, на ночь заплетенные в косу, Трот любовалась в окно великолепными холмами Нортхемптоншира. После дождя вся зелень пошла в рост, под деревьями расцвели ярко-желтые нарциссы, живые изгороди покрылись первой листвой. Теперь Трот понимала, почему Кайла так тянуло на родину – но не в унылый отцовский дом, а к удивительной природе.
Пока Трот скручивала волосы в скромный узел на затылке, ей в голову пришла удачная мысль – предложить Кайлу верховую прогулку. Может быть, он будет рад показать ей поместье. Рексхэм, страдающий подагрой, не сможет сопровождать их, и они с мужем побудут час-другой вдвоем. Если повезет, они разговорятся и смогут насладиться обществом друг друга, как когда-то в Китае.
Предвкушая удачную прогулку, она позвонила, зовя Бесси, свою новую горничную, и приказала подать амазонку. Если Кайл откажется, она прокатится одна. После длительного бездействия ее тело жаждало движения.
Упражнениями, поддерживающими поток ци, она не занималась с тех пор, как они покинули Хошань.
Сначала путешествие пешком отняло у нее слишком много сил, потом ей пришлось ютиться в тесной корабельной каюте. В Уорфилде, где любую ее причуду восприняли бы как должное, она порывалась возобновить тренировки, но, подумав, решала, что им нет места в жизни чопорной леди Максвелл.
Трот поспешно позавтракала чаем, поджаренным хлебом и джемом. Обедала она в столовой, в обществе Кайла и Рексхэма, но завтрак попросила подавать ей в комнату, чтобы не усиливать напряжение, царящее в доме.
С помощью Бесси Трот облачилась в амазонку, сшитую из скромного темно-синего сукна. Изобретательная портниха отделала ее золотым галуном на манер армейского мундира, и результат получился поразительным.
Подхватив длинные юбки, Трот сбежала по лестнице, чувствуя прилив веселья и оптимизма. Может, Кайлу настолько понравится прогулка, что он проявит интерес и к другому, более интимному галопу…
Упрекнув себя за недостойные мысли, Трот подумала, что они приходят к ней в голову слишком часто. Желание Кайла угасло, но ее по-прежнему влекло к нему, ей приходилось сдерживаться, чтобы поминутно не касаться его руки. Еще труднее было не броситься к нему в объятия, надеясь поцелуем воспламенить страсть.