«Верно, — подумал Люсьен. — Тебе бы такую, как Кит».
И словно в подтверждение своих слов он привлек к себе жену и поцеловал.
Майкл улыбнулся, в душе продолжая досадовать. Все друзья давно женаты, даже Раф, закоренелый холостяк.
На мгновение где-то в дальнем уголке памяти мелькнул образ Кэтрин, но усилием воли он прогнал его прочь. Бог свидетель, он делает все, чтобы ее забыть. Когда в прошлый раз он приезжал в Лондон в поисках невесты, его планы сорвал побег Наполеона с острова Эльба. Теперь он приехал с той же целью и до упаду танцевал с девицами, наносил им визиты, приглашал на прогулки верхом или в экипаже. Но ни одну из них он не мог представить себе спутницей жизни.
Вначале он думал, что главное — не стремиться к любви, и тогда выбрать жену не составит никакого труда. Но Майклу не удалось найти даже партнершу для светских развлечений. Куда приятнее было общаться с Кит или Марго, восхитительной женой Рафа.
Майкл как раз собирался перевернуть газетный лист, когда вошел лакей.
— Лорд Майкл, вам почта с посыльным из поместья Эшбертон.
Вскрыв конверт, Майкл изменился в лице. Письмо было кратким и деловым.
— Неприятности? — спросил Люсьен.
— Это от брата.
Майкл резко поднялся, отшвырнув стул.
— Бенфилд сообщает, что у благороднейшего герцога Эшбертонского случился сердечный приступ и душа его вот-вот распрощается с телом. Мне приказано прибыть.
Люсьен мрачно посмотрел на Майкла.
— Тебе не следовало бы ехать.
— Разумеется, но бдение у постели умирающего — вещь немаловажная, — произнес Майкл цинично. — Быть может, отец в последний момент изменит свою позицию. Извинения, раскаяние, примирение. Забавно! Не правда ли?
Его мрачный юмор не ввел в заблуждение ни Люсьена, ни Кит, но никто из них не проронил ни слова. Да и что они могли сказать?
Самым печальным было то, и Майкл это чувствовал, собираясь в дорогу, что где-то в глубине души он надеется на чудо. Ведь в каждой шутке есть доля правды.
Когда Кэтрин в сопровождении клерка вошла в контору Эдмунда Харуела, навстречу ей поднялся сухощавый, подтянутый мужчина с хитрым взглядом. Это и был сам адвокат.
— Миссис Мельбурн?
Он пришел в замешательство и растерянно заморгал.
— Островные глаза.
— Простите? — Кэтрин с любопытством взглянула на адвоката.
— Присаживайтесь, пожалуйста. Прежде всего я должен был удостовериться, что ваше девичье имя — Кэтрин Пенроуз и что вы — единственный ребенок Уильяма и Элизабет Пенроуз. Однако доказательством вашего родства служат также ваши глаза, — он слегка улыбнулся. — Ни у кого, кроме выходцев с острова, не встречал аквамариновых глаз.