– Что-то не замечал я в себе никакого особенного могущества, – буркнул Парри, подслеповато щурясь на «еду», стоящую перед ним.
– Нет, – сказала Гормошка, – этого не едят.
– Это почему еще?
– Потому что это образцы тканей для новых театральных костюмов.
Она взяла его руку и положила на блюдо, в котором находилось нечто вроде хлеба. Парри подумал, что, наверно, это и к лучшему – не видеть, что именно ты ешь. Однако он готов был поклясться, что за спиной снова раздались смешки.
– Проблема в том, – говорила Гормошка, – что все они ссылаются на гримуар[6] колдуна Аукинша. Книга эта очень редкая, но от сестры, которая работала в нашей библиотеке, я знаю, что у нас в школе экземпляр этой книги имеется. Я пошла в библиотеку – но книги там не оказалось!
Парри выковырял из зубов застрявшее там надкрылье. По счастью, он не видел, что это было.
– Тогда, – продолжала Гормошка, – я пошла к Саманте. Ну, знаешь, той девчонке, которой я тогда прислуживала. Саманта в библиотеке своя. И она спросила у Табиты, а Табита спросила у Арлин, и Арлин сказала, что ее подруге говорили, что все эти книги переданы на спецхранение.
Тут до Парри донеслись крики с другого конца зала:
– Эй, Парри, а это правда, что ты никогда не слышал про День Матери?[7]
– Слышь, Гормошка… Ты ведь никому не говорила про это пророчество, а?
Гормошка была оскорблена в лучших чувствах.
– Нет, конечно! – с негодованием ответила она. – Я никому не говорила. Но, разумеется, обсуждала кое с кем…
Через зал послышался другой голос:
– Эй, Хоттер, а это правда, что у твоей мамочки есть член?
– Интересно, – сказал Парри в основном самому себе, – может, этот тролль все еще голоден?
– Ты! – воскликнул гневный голос. – Это все-таки ты!
И из-за стола волшебников поднялся Брейк. Одной рукой он держался за живот, а другой обвиняюще указывал на ничего не замечающего Хоттера.
– Что случилось? – спросил Парри.
– Я так думаю, – сказала Гормошка, беря две тарелки с едой, – что нам пора сваливать.
– Ты, паразит моего существа!
Брейк был в такой ярости, что вокруг него взметнулся вихрь. Могучий смерч подхватывал посуду и столовые приборы. Нож и вилка столкнулись в воздухе и разлетелись в стороны с убийственной силой: нож вонзился в каменную стенку, вилка – в лопатку какого-то злосчастного ученика.
– Что случилось? – спросил Парри.
– Пошли! – крикнула Гормошка уже в дверях.
– О мерзостное создание! – воскликнул Брейк, медленно, с трудом приближаясь к нему. – Ты оскорбляешь меня каждым своим вздохом!
Мисс Фезерстоун бросилась между ними.
– Послушайте, Брейк, я не понимаю…