— Сейчас же отпусти меня.
— Отпущу, если ты согласишься потанцевать со мной.
— Как тебе не стыдно! Ты хочешь меня заставить?
— Если придется. — Но он с явной неохотой все же отпустил ее. — Я надеюсь, что до этого не дойдет.
Ну, это уж слишком. Она обернулась, чтобы посмотреть ему в лицо, и стала раздраженно ему выговаривать:
— Я не знаю, что мне с тобой делать. Ты умышленно пренебрегаешь моей просьбой. Ты слышишь только то, что хочешь слышать. Я не знаю, как еще все тебе растолковать.
Вам не на что надеяться, мистер Уиттакер. Ваши ухаживания не помогут. Сколько раз можно это повторять?
— Все верно. — Он был совершенно невозмутим. — И все же я отказываюсь быть вычеркнутым из списков. Странно, ты не находишь? Я и сам удивляюсь. Почему я не сдаюсь? Почему я так настойчив? Другие уже давно бы это сделали. Называй меня глупцом…
— Я назову тебя еще хуже. Ты упрямый осел. Я прекрасно понимаю, почему ты продолжаешь изматывать меня. Ты слишком упрям, чтобы признать свое поражение.
Он задумчиво потер подбородок.
— Возможно, — признался он. — Я знаю, что иногда бываю удивительно упорным.
— Упорным? Это слишком вежливое слово для того, чтобы определить, кто ты на самом деле.
— В то же время, — невозмутимо продолжал он, — я неплохой танцор, что возвращает нас к началу нашей беседы.
Вы окажете мне честь, леди Синтия, и подарите мне танец? — Он поднял указательный палец, как бы предупреждая. — Будьте осторожны! Не придавайте слишком большого значения моему приглашению, или я начну думать, что вы тщеславны. Я попросил вас потанцевать со мной, а не выйти за меня замуж.
Это было так смешно, что она еле удержалась, чтобы не рассмеяться.
— Вы уже просили меня выйти за вас замуж, — презрительно буркнула она. — Так что не надо говорить, что я тщеславна.
— Но позвольте вам напомнить, что эти два предложения были сделаны мной в разное время. То, что вы согласились на второе предложение, не обязывает вас соглашаться на первое.
Какая же у него привлекательная улыбка! Нельзя на нее не ответить, пусть даже неохотно.
— Хорошо. Один танец. — Потом ей в голову пришла неожиданная мысль, и улыбка стала лукавой. — Пусть это будет павана, если музыканты смогут ее сыграть.
— Павана! — Сначала он вроде бы пришел в ужас, но быстро оправился. — Я уверен, что они сыграют. Мне подсказывает это мой внутренний голос. — В глазах Дерека появился хитрый блеск.
Синтия была уверена, что он не задумываясь подкупит музыкантов. Она еле удержалась от того, чтобы не рассмеяться.
— Прошу вас, проводите меня к лорду и леди Графтон.