Зная, что я побледнел, я отвернулся и медленно подошел к большому окну с раздвинутыми шторами.
Паника парализовала мой рассудок. Ограбление отменяется! Нужно его остановить! Но как? Мозг отказывался работать, однако я понимал, какие роковые последствия имела бы попытка осуществить мой замысел теперь, когда на заднем плане появился Мэддокс.
Как ни проворна полиция Парадайз-Сити, ей далеко до Мэддокса. Я вспомнил случай, когда шеф полиции Террел был рад получить помощь от следователя Мэддокса, Стива Хармаса, и именно Хармас раскрыл кражу ожерелья Эсмальди, а также убийство.
– В чем дело, Ларри?
– Голова разбаливается, чтоб ее! – Я обхватил голову руками, пытаясь сообразить, что делать. В следующую секунду я понял, как до смешного просто предотвратить ограбление. Нужно только пересечь комнату, выйти в прихожую, спустить предохранитель замка и Рея с Фелом не смогут войти.
Что они станут делать? А что они смогут сделать, кроме как уйти и при следующей встрече изругать меня.
– Я принесу тебе аспирин, – сказал Сидни, вставая. – Нет ничего лучше аспирина, золотко.
– Ничего, я сам найду, – я двинулся к двери. – Он в ванной, в шкафчике, верно?
– Позволь мне...
Тут дверь с треском распахнулась и я понял, что опоздал.
Позже, вспоминая этот вечер, я имел возможность понять, почему операция закончилась катастрофой. Вина за ошибку цели4 – 99 ком лежала на мне. Несмотря на длительное обдумывание и тщательную разработку плана, я совершенно неправильно представлял, как будет реагировать Сидни в критической обстановке. Я был так уверен, что этот изящный, изнеженный педераст с его суетливыми повадками трусливее мыши и съежится от ужаса при малейшей угрозе насилия! Если бы не ошибка в оценке его характера, я не оказался бы в своем теперешнем положении, но я был убежден, что он не доставит хлопот и не задумывался над этой важнейшей частью операции.
Я шел к двери, а Сидни выходил из-за стола, когда дверь распахнулась и ворвался Фел, а за ним Рея.
Фел надел парик и очки. В руке у него был кольт. Сзади него Рея, спрятавшая рыжие волосы под черной косынкой, закрывавшая лицо огромными зеркальными очками, с пистолетом тридцать восьмого калибра в обтянутой перчаткой руке, тоже выглядела грозно.
– Стоять на месте! – завопил Фел леденящим кровь голосом. – Руки вверх!
Я двигался к нему. И хотел остановиться, но ноги несли меня сами. Мы были почти рядом, когда он взмахнул рукой. Я уловил его движение и попытался увернуться, но ствол пистолета с сокрушительной силой ударил меня по лицу и внутри моего черепа полыхнула белая вспышка. Я упал навзничь, ошеломленный ударом, чувствуя, как по лицу стекает в рот теплая кровь. Мой правый глаз стремительно заплывал, но левый отмечал происходящее.