– Ты будешь жить с нами, – как ни в чем не бывало заявила Виктория. Она уже все обдумала и решила.
– Уверена, что Чарлз будет в восторге от этой идеи, – невесело рассмеялась Оливия, прекрасно представляя, какой мукой будет жить под одной крышей с тем, кому никогда не суждено ей принадлежать.
– Получит сразу двух по цене одной, – беспечно бросила Виктория. – И ты сможешь позаботиться о Джеффе. И все обойдется лучше некуда.
Широко улыбнувшись, она закурила, а Оливия раздраженно поморщилась и открыла окно.
– Берти убьет нас, если поймает тебя с папиросой, – предупредила она, закрывая дверь на замок. – А как насчет отца? Он тоже переедет к вам? Кстати, он обещает отпускать меня к тебе. Когда я только захочу.
– Это не одно и то же, Олли, и ты это знаешь.
– Верно, – вздохнула она, – но большего сделать не могу. Кстати, а Джефф? Ты возьмешь его с собой в свадебное путешествие?
Хотя бы мысль о том, что Джефф будет под присмотром, окажется для нее неким утешением!
– Надеюсь, что нет, – презрительно скривила губы Виктория, глубоко затягиваясь, и Оливия поспешно замахала рукой, отгоняя дым.
– Какая мерзкая привычка! Когда ты ее бросишь?
– В Европе все женщины курят. Это последний писк моды! – сообщила Виктория смеясь.
– И доят коров! Мне и этого не хотелось бы делать, хотя коровы пахнут далеко не так ужасно! Но так или иначе, как насчет Джеффа? Ты возьмешь его?
– Мы с Чарлзом еще не говорили на эту тему, но вряд ли он захочет. Я собиралась провести медовый месяц в Европе.
Оливия сокрушенно покачала головой. У Виктории теперь свои планы.
– Может, Джефф согласится остаться здесь, со мной? Ему это пойдет на пользу, да и я была бы рада.
– Великолепная мысль! – оживилась Виктория.
В самом деле, лучше не придумаешь! Пусть мальчишка сидит в Кротоне! Не хватало еще гоняться за ним по всему кораблю, а еще хуже – по всей Европе! Правда, Чарлз еще не согласился отправиться в Европу и до сих пор твердит о Калифорнии, но Виктория оставалась неумолимой и была твердо уверена, что сумеет его убедить. Никакая Калифорния ей не нужна! Судя по тому, что она слышала, это дикая, нецивилизованная и жуткая местность!
– Я обязательно поговорю с Чарлзом, когда он приедет. Или ты сама? – спросила Оливия, закрывая окно. На улице ужасный холод, и со Дня благодарения уже дважды шел снег.
– Нет уж, лучше я снова заведу речь о Европе, – улыбнулась Виктория.
Чуть позже сестры спустились вниз рука об руку, чувствуя себя немного лучше. Виктория думала о медовом месяце и женщинах, с которыми хотела встретиться в Лондоне. Она уже написала в тамошнюю Лигу суфражисток и втайне от Оливии послала еще одно письмо в тюрьму, Эммалайн Панкхерст. А сестра, в свою очередь, была счастлива мыслью о Джеффри.