– Давай, Марфор, – пробормотал Ульрик. – Держись!
Марфор что-то прорычал. Несмотря ни на что, маг должен был оставаться в сознании, иначе его каналы Чи возвращались в естественное состояние и теряли необходимую пропускную способность. Ульрик почувствовал движение огромной массы и на миг отвлекся от товарища. Рядом с ними, едва не касаясь края крыши, шла стена воды. Сквозь крутящиеся струи Ульрик неясно увидел серебряный лик Ифиль. Выброшенная из потока грязная ракушка просвистела мимо щеки эльфа и, чавкнув, раскололась об крышу. Холодные брызги обдали лицо Ульрика, и водяной столб продвинулся дальше. Столяр взглянул на Марфора и увидел, что из носа друга идет кровь – каналы эльфа были перегружены. Ульрик вытер кровь, пока струйка не затекла в открытый рот. Марфор дышал с мучительным присвистом.
– Уже почти все, – ободряюще сказал Ульрик. – Совсем немного осталось.
Он посмотрел вниз. У стены дома толстым слоем лежал морской мусор – водоросли, плавник и ракушки. Ульрик слышал, как бьются выброшенные на сушу рыбы. Марфор вскрикнул, кровь ударила из носа толстой струей.
– Цепь... – прохрипел он. – Цепь рушится...
Ульрик понял, что кто-то из магов погиб. А возможно, и не один. Кровь теперь текла и из ушей Марфора. Он пытался удержать поток Чи. Столб воды двигался к середине залива, но гораздо медленнее, чем до этого, и уже начал шататься.
– Прекрати! – закричал перепуганный Ульрик. – И себя погубишь!
Водяная колонна качнулась, вильнула из стороны в сторону и с грохотом обрушилась на Круку. Ульрика вместе с Марфором даже подбросило на крыше.
И тут стало очень тихо.
Ульрик обтер лицо товарища, радуясь тому, что кровотечение остановилось. Марфор сел. Тело болело так, словно его долго били ногами. Взглянув в сторону острова, эльф увидел голую скальную верхушку – вода сорвала с Круки лес и землю, на которой росли деревья.
– Не так уж плохо, – сказал Марфор и сплюнул.
– Да уж, – сказал Ульрик. – Могло быть и хуже.
Но если Марфор жалел о том, что не удалось вывести водяной столб из залива, то столяр имел в виду состояние товарища.
– Ты сможешь спуститься?
– Да, – сказал Марфор.
– Давай перед уходом заглянем в дом, – отведя глаза, сказал Ульрик.
Пьяный палач скорее всего захлебнулся, но эльф хотел удостовериться в его смерти. Марфор и Ульрик слезли с крыши и вошли в дом. Марфор завесил в воздухе светящийся шар и увидел, что дом забит вонючей слизью и ошметками, а рабинский палач цел и невредим. Мандречена забросило волной на лавку, где он сейчас и храпел. На лице мужчины было все то же пьяное блаженство.