— Не Дина, а Тома, — автоматически поправляет Олега уже давно привыкшая к своему новому имени Тамара. — А почему среди этих бумаг нет ни одной акции? — состроив глупенькую гримасу, кивает она на покрытый бумагами журнальный стол. И… И далее на протяжении сорока минут я сижу, тупо слушая, как Пляцидевский и Гепатит наперебой объясняют моей закадычке, что никаких красивых бумажек, какими мы, дуры, привыкли представлять себе акции, в данном случае не существует…
— …потому, что ни единой эмиссии с момента своего основания концерн не провел…
— …хватает того, что все права и взаиморасчеты держателей акций закреплены в учредительных документах и специальном реестре…
— …да и никакой необходимости в привлечении инвестиций через выпуск даже обыкновенных именных акций нет. К тому же, в Уставе оговорено, что проект эмиссии утверждается лишь стопроцентным положительным голосованием на совете акционеров…
— …всего их двенадцать человек, в этом совете, включая правопреемницу Василия Сергеевича Вику, которая и является номинальным собственником концерна…
— …из остальных одиннадцати девять, если не консолидировались между собой и не набрали в совокупности пяти процентов голосующих акций, обладают лишь совещательными голосами и никакого интереса не представляют…
— …они и так не представляют. Пассивные бенефициары, которых волнуют лишь дивиденды…
— … еще двое — те, что из Скандинавии, — миноритарные акционеры. Отстаивают интересы портфельных инвесторов…
— …«Престиж» и «Богданов и Пинкертон» — афиллированные кампании, в которых полноправным хозяином был Василий Сергеевич, а теперь ты, Виктория. Между прочим, две эти фирмы в совокупности владеют шестьюдесятью процентами акций «Богатырской Силы»…
— …уставной капитал ООО «…Пинкертон» распределен между Богдановым и его дочерью как восемьдесят к двадцати…
— …в процессе переоценки основных фондов эмитента…
— …без тщательной аудиторской проверки не обойтись…
— … передаточные распоряжения…
— …бездокументарные акции…
— …нерезиденты… Коррида!!! Абзац!!!
На протяжении сорока минут я опухаю с открытым хлебалом, внимательно слушая всю эту байду и натужно силясь вникнуть в смысл того, что юрист и экономист исправно втолковывают двоечнице Тамаре. В результате, до меня доходит примерно десятая доля того, о чем сейчас говорится. Остальное подернуто столь плотной завесой тумана, что его можно резать ножом. Впрочем, наверное, при этом нож сразу сломается.
«И неужели я, недалекая, собиралась влезть во всю эту финансово-юридическую гонку сама? В одиночку? Без Ласковой Смерти? Без Пляцидевского? С суконным рылом да в калашный ряд? Вот и огребла бы по этому рылу в первом же раунде! И хорошо, если всё обошлось бы только нокаутом, а не смертельным исходом. Господи, сколь же многого я не знаю! Сколь же многому мне еще предстоит научиться! И вот она, замечательная возможность приступить к обучению сразу на практике, а зануда Олег еще хочет отправить меня из города. Туда, где уж наверняка не приобрету никаких полезных в бизнесе навыков и не узнаю, кто такие миноритарные акционеры и что собой представляет нерезидент».