– Кокетничали с Томасом – или на сей раз с Найзелом?
– Ни с тем, ни с другим, – отрезала она, добавив. – И вообще, разве это вас касается?
– Еще как касается, – сказал он, привлекая ее к себе, так что она даже сквозь одежду почувствовала тяжесть и теплоту его тела.
– Почему?
– Потому что я люблю вас. Всю ночь я лежал без сна, потому что вы не пришли, потому что я не видел вас, потому что вы не одобряете моих занятий.
Она молчала, и Джейкоб продолжал.
– Вот и теперь я рассердил вас. Иди сюда, моя милая, дай мне вернуть тебе твою прекрасную улыбку.
Он наклонился и поцеловал ее в губы, а потом начал целовать лоб, нос, глаза и то местечко, где обычно играли веселые ямочки.
– Ох, Джейкоб, – вздохнула она, отстраняя его.
Чаллис выпустил ее из объятий, его руки дрожали.
– Генриетта, могу ли я надеяться?..
– Нет, – сказала она, отворачиваясь. – У нас не может быть будущего. Моя мать намерена в ближайшее время выставить меня на брачный рынок. Она собирается дать бал и пригласить на него возможных женихов. И хотя она никогда не станет заставлять меня выйти за того, кто мне противен, она должна быть уверена, что рядом со мной будет красивый, молодой, состоятельный мужчина.
– Может быть, я мог бы попробовать выдать себя за джентльмена? Денег у меня много.
– Награбленных денег.
Джейкоб еще раз с силой привлек ее к себе.
– Генриетта, остановитесь. Вы не можете отрицать, что между нами существует какое-то влечение, притяжение, которое делает нас близкими друг другу, несмотря на все барьеры и условности, связанные с нашим происхождением и всем прочим. Если это не так, почему же вы отрицали, что я и есть тот самый разбойник? Вы сами сказали, что не могли выдать меня.
Все, что он говорил, было правдой, и когда Джейкоб наклонился, чтобы еще раз поцеловать ее, Генриетта ощутила всепоглощающее чувство близости.
– Вы правы, – прошептала она. – Я… я тоже, наверное, влюбилась.
На эбеново-черном небе плясали тысячи звезд, а полумесяц луны казался плывущим под парусом кораблем. Кругом было тихо; весь Мэйфилд благополучно почивал. Только закутанный в темный плащ всадник неподвижно стоял у дороги, известной как Пенни-Бридж, прислушиваясь к скрипу приближающейся кареты, начавшей нелегкий спуск по крутой и неровной дороге. Джейкоб Чаллис улыбнулся.
Он уже натянул на лицо платок и поглубже надвинул шляпу, опасаясь вездесущего лунного света, так что теперь в темноте поблескивали только его глаза. В таком виде он чувствовал себя достаточно неузнаваемым для того, чтобы, внезапно появившись из-за деревьев, остановить карету и приказать пасса жирам. «Не двигаться!» Теперь Джейкоб грабил целенаправленно, искренне веря, что он и Генриетта Тревор встретились не случайно, а по воле рока, и им суждено вместе прожить свою жизнь. Джейкоб готов был выходить на дорогу каждую ночь, пока не соберет достаточно денег, чтобы стать владельцем торгового судна или вложить средства в какое-то предприятие. Все, что угодно, лишь бы обрести подобие респектабельности и получить возможность открыто ухаживать за старшей дочерью покойного глиндского сквайра.