Гор — Меджеду, Обе владычицы, Золотой Гор, Царь Верхнего и Нижнего Та-Мери — Хнумхуфу, сын Ра — Хуфу, да живет он вечно, «работал с документами». Если же говорить точнее, то просто, умостившись поперек широкого ложа, поплевывал в потолок. Настроение Его Величества было не ахти. Можно сказать, отвратительное.
А с чего бы ему быть радужным?
Хемиун так до сих пор и не отыскался. Строительство пирамиды застопорилось, понимаешь. Эта мерзкая девчонка Аида продолжает строить из себя недотрогу. То ей не так, се не этак. Сговорилась с этим упрямым ослом Ратаммасхом, а он и рад стараться: «Расположение звезд не благоприятствует, государь. Сегодня в Иуну видели плачущего сокола — дурная примета, повелитель». Золота ему предложить, что ли? Вдруг сговорчивее станет.
Или пригласить другого прорицателя? Пусть убедит эфиопку в том, что, дескать, богам угодно, если она уступит фараону.
Есть ли у него на примете такой верный человек, слова которого станут для красавицы не пустым звуком? Найдется. Вот хотя бы этот новоявленный чудотворец. Как там его, Джеди? Все-таки угодил Аиде, разыскав ее заколку. Должна бы ему поверить.
Но допускать такого смазливого парня к молодой и ветреной девушке? Не вышло бы беды? Да и уж больно он дерзок и непочтителен. Отказался от чести стать царским гвардейцем. Не поблагодарил как следует его величество за щедрую награду, а потом и напугал весь двор своими фокусами. Теперь полстолицы шепчет о подвигах «великого херихеба». Чтоб ему…
Со стороны дверей послышался шорох. Государь недовольно насупился и повернул голову. Это еще что за явление? Вспомни демона…
— Как ты посмел, нед… — фараон запнулся, — херихеб, явиться сюда без приглашения и доклада?! Кто тебя провел, кто пропустил?!
Гнев залил чернотой глаза повелителя Обеих Земель, а когда тьма немного рассеялась, владыка едва не лишился сознания от нахлынувшего страха.
Из-за спины чародея выглядывала улыбающаяся львиная морда. А потом во всей красе и сам царь зверей появился. Огромный, откормленный, с острыми зубами и когтями. Шагнул было к фараону, но Джеди придержал его за ошейник:
— Лежать!
Зверюга послушно улеглась у двери. Вот ведь, гадина, и не позовешь же никого на помощь.
— Что тебе нужно, херихеб? — Фараон сел в кресло и расправил плечи, стараясь сохранять как можно более бравую и царственную осанку.
Парень согнулся в положенном по этикету поклоне:
— Да живет вечно владыка Двух Царств, здоровья ему и радости!
Хуфу чуток успокоился. Начало пока не предвещало ничего дурного. Может, это еще и не заговор.
— Будет ли позволено ничтожному рабу смиренно обратиться к государю с докучными словами?