— Вот, собственно, мы и в Москве, Федор Николаевич, — сказала я. — Да еще сегодня как раз вторник. Может, заправимся? А то у нас бензин кончается.
— Позже, — пробормотал он. — Не надо. Сначала надо… В общем, потом.
— Как угодно. Тем более что у меня все равно рублей нет, вы же изволите платить мне в валюте. А у вас с рублевой наличкой как?
— Плохо. У меня вообще все плохо!..
— Спокойно, Федор Николаевич. Держите себя в руках, самоконтроль вам сегодня ох как может пригодиться. Ну что, наведаемся в кафе «Стрела» или как?
— Все у вас уж больно просто, Женя, — сказал директор поспешно. — И так мы сдернули из Пензы после первого же дня выступлений. А цирку там, в Пензе, между прочим, еще два дня выступать.
— Так ведь мы сдернули не вместе со всем цирком, а сольно, так сказать, — заявила я. — А хорошо, что мы воспользовались автотранспортом министра культуры Пензенской губернии. С такими номерами хоть досматривают не слишком досконально. А то, знаете ли, могли быть проблемы.
Директор цирка содрогнулся:
— Прошу вас, не надо, а то еще напророчите… Не дай бог, не дай бог! Подсудное дело, жуть!
— Ага, особенно если учесть, что судьи тоже разные бывают, — заметила я. — Бывают конституционные, так сказать, государственные, а бывают ведь и неформальные. К примеру, люди, которые контролируют наркобизнес. Сам факт того, что в нашей машине сейчас находится капсула стоимостью в двести тысяч долларов или больше, достаточен для того, чтобы нас в порошок стерли.
— Зачем вам все это надо, Женя? — устало выговорил Нуньес-Гарсиа. — Так рисковать, так… Зачем? Не проще ли было выкинуть груз, избавиться от него?
— Вообще-то я нанималась обеспечивать вашу безопасность. А если выкинуть груз, то может так случиться, что безопасность вашу, Федор Николаевич, не смогу обеспечить даже я. Неизвестно, какие акулы бизнеса ждут ваш товар там, в «Стреле».
— Не мой товар! — рявкнул Нуньес-Гарсиа. — Не мой, не мой!.. Я вообще не хочу иметь никакого отношения ко всему этому.
Раздражение и злобу директора цирка понять было можно.
На следующее утро — после того, как произошли все те феерические события в нашем с директором номере, в то же самое утро, когда мы с Черновым осматривали капсулу со смертоносным грузом, — имел место звонок на мобильный телефон Федора Николаевича. Чей-то чрезвычайно вежливый голос принес свои соболезнования по поводу безвременной кончины Троянова, но выразил уверенность, что товар будет доставлен вовремя в этот же вторник. Федор Николаевич даже ничего толком сказать не смог, потому что ему свело судорогой рот. Он только закрывал и открывал его, как рыба, выброшенная на берег. Вежливый московский голос присовокупил также, что хоть ситуация и представляется сложной, тем не менее события стоит упорядочить. «Такими деньгами не пренебрегают и не рискуют…» — напоследок заявил абонент с легкой угрозой в голосе, и в трубке заплескались короткие гудки.