— Давайте. А ты, Антон, зафиксируй еще и на бумаге — пригодится, — сказал Кирсанов. — Они после распишутся.
— Значит, где находится Аня Калинина, похищенная вами двадцать четвертого декабря девяносто восьмого года?
— В салоне «Восторг».
— Что за салон, кто владелец?
— Хозяйка там Роза Иосифовна, фамилию не знаем.
Корявый и Квадратный слаженно рассказали о салоне «Восторг», о проживании там Ани в течение последних четырех дней. Действия Андреева по отношению к Ане пока остались для меня непонятными.
Записав показания шпиков-неудачников, мы снова вышли посоветоваться в прихожую.
— Ну что, ребята, какое УВД привлекаем: ваше или Трубного района?
— Да охота нашим на чужой территории париться. Мы тебе помогли. Что еще надо — еще поможем. Коньяк с тебя сдерем.
— Так я ж к чему говорю… А вдруг в этом деле еще кто повязан? А мы сейчас явимся, все карты раскроем. Не бросаться же нам в этот салон одним. Зачем рисковать жизнью девочки. Кто знает, как поведет себя в этом случае Андреев. Ведь он-то там свой досуг проводит. Тем более он — лицо официальное. Его голыми руками не возьмешь.
Тут в зале зазвонил телефон. Я открыла дверь, чтобы взять трубку, но оказалось, что это сотовый у одного из бандитов.
Утомленный долгим ожиданием, Андреев решил, видно, прояснить ситуацию и узнать, как далеко я успела продвинуться в своем расследовании.
— Ответьте на звонок. Доложите, что продолжаете меня вести.
Корявый достал телефон свободной левой рукой.
— Да, шеф. Привет. Все в порядке. Продолжаем наблюдение.
И, выслушав собеседника, продолжил:
— Да тут она, все еще в Трубном. Опять по третьему жилучастку нас катает. Да, шеф… Понятно. Будем докладывать.
— Молодцы, ребята. Приятно с вами сотрудничать. Понятливые.
Я снова вернулась в прихожую.
— Ну, так как поступим?
Кирсанов, развалившись на маленьком диванчике у окна, гладил серую пушистую кошку, бесцеремонно забравшуюся к нему на колени. Она громко мурлыкала, блаженно щурясь, и подставляла то одну, то другую щечку.
— Давай, Таня, я Григорьеву позвоню.
— А ты уверен, что он не в курсе подпольного бизнеса Андреева?
— Уверен. Я его с детства знаю. Он — друг моего отца. Кристально чистый человек.
— Уговорил, Киря. Звони.
Мы вернулись в зал. Кирсанов набрал номер домашнего телефона Григорьева. Кратко обрисовал ситуацию.
Потом, выслушав ответ полковника, начал кипятиться, недовольный его слепой верой в непогрешимость его подчиненных.
— Не кипятись, Киря. Пусть разрешит нам к нему с показаниями этих вот орлов приехать.
Кирсанов кивнул, сказал в трубку:
— Сан Саныч, да у нас здесь деятели, что Калинину похитили, собственной персоной находятся. И показания их записаны. Давайте мы подъедем сейчас к вам домой… — И, покивав трубке, добавил: — Понятно. Едем. Все. Пока.