Зал был забит настолько, что кондиционеры не справлялись, и толпы мужчин и женщин, львиную долю которых составляли корреспонденты важнейших СМИ, а также получившие доступ в зал исключительно по знакомству сливки местного общества (ну как же, ведь существовал шанс попасть на веб-страницы самых престижных изданий), яростно потели. Три дамочки даже упали в обморок, но когда их привели в чувство, они категорически отказались покидать зал. Оказаться за бортом столь гламурного мероприятия? Они не могли себе этого позволить… Сестра Волка истерзала платок, а Нил все время облизывал губы и пытался подбодрить Волка своей кривой улыбкой.
Наконец отгремела яростная речь прокурора и взволнованно-патетическая — адвоката. И Волку предоставили последнее слово.
Он встал, окинул взглядом зал, сверлящий его сотнями любопытных глаз, и спокойно произнес:
— У моей семьи отобрали ферму. Обманом. Нарушив закон. Я решил, что это неверно. И что ее надо вернуть. И попытался это сделать. По-моему, все честно. Ведь во всех проповедях в наших церквях и речах публичных политиков говорится о том, что обман недопустим и должен быть наказан. Я же не требовал наказания. Только восстановления справедливости… — он сделал паузу и закончил: — Я жду решения.
Зал разочарованно выдохнул. Да уж… картинка не получилась. От него ждали истерики, воинственных воплей либо, наоборот, унизительной мольбы. А тут — банальные и сухие слова. Фи!
— Суд удаляется на совещание…
Пока судья совещался с присяжными, к Волку допустили сестру. Она просунула руки через решетку и, вцепившись ему в одежду, горько заплакала.
— Не волнуйся, маленькая, — сказал он, стараясь не замечать жадных объективов голокамер, уставившихся ему в лицо, — все будет хорошо.
— М-м-м… — тихонько плакала сестра, а ее муж скованно топтался рядом, не зная, куда деть руки…
— Встать, суд идет!
Приговор Волк выслушал стоя. Как и весь зал. Все присяжные признали его виновным. А судья определил ему наказание в виде пяти лет рудников. Это было очень сурово, но ожидаемо. «Интерстеллар агро» решила показать всем, что ожидает покусившихся на ее власть и имущество. Однако публика была разочарована — она ждала нечто интересное, какую-то «изюминку», ради которой большинство и согласилось терпеть тесноту, духоту и вонь. А «изюминки» не случилось…
Волк криво усмехнулся. Да уж, вот ведь как получается… он, вопреки своим намерениям все-таки доставит этому людскому стаду то развлечение, которого они так ждали. И о котором, потом будут рассказывать соседям, друзьям, знакомым, а может даже, если повезет, и миллионам других людей с экранов голоканалов, куда их позовут как очевидцев удивительного происшествия…