— Изабо… У него жар, он зовет тебя. Пойдешь к нему?
Да понимает ли старик, каково ей сейчас? Все их надежды и мечты разбиты несколькими простыми словами. «Все кончилось, ты должна знать», — звучали в ее ушах слова Патрика. Робби умер напрасно. Это почти невозможно пережить, и теперь Алистер Кемпбелл, орудие ее скорби, просил зайти к нему.
Однако Изабо не могла не ответить на боль и мольбу во взгляде Патрика.
— Что, так плохо?
— Да, он весь горит.
Когда Изабо подошла к кровати и увидела пылающее лицо Алистера, то, не задавая себе лишних вопросов, инстинктивно положила руку ему на лоб и почувствовала жар, который буквально ожег ей ладонь, — Ты прав, у него лихорадка, — сказала она Патрику.
Услышав ее голос, Алистер приоткрыл глаза.
— Изабо, ..
— Лежи спокойно, тебе нужен сон. Дай отдохнуть уму и телу, это поможет тебе.
— Послушай, Изабо, я пока еще в своем уме и помню день… завтра кончается твоя неделя… твое честное слово…
Обещай мне, что не уйдешь. Они тебя поймают… обещай…
— Не беспокойся обо мне, Алистер Кемпбелл.
— Обещай, — повторил тот. — Они собираются переловить… всех до единого. — Речь у него становилась бессвязной, но взгляд был осмысленным и тревожным. — Не сейчас, пока я лежу больным… когда мне станет лучше…Я помогу тебе. Обещай, что не уйдешь.
Его искреннее беспокойство за нее почти сразило Изабо. Она стояла у постели, глядя на пылающее от жара лицо человека, который причинил ей столько душевной боли.
— Хорошо. Если ты сейчас заснешь, то обещаю, — тихо сказала она.
Алистер откинулся на подушки. Только убедившись, что он действительно спит, Изабо вернулась в свою комнату.
Час был поздний, она совершенно обессилела, однако сон не принес ей желанного отдохновения. Всю ночь ей снились крики раненых и умирающих, которые звали ее, но, к кому бы она ни подошла, все ускользали от нее, хотя она протягивала им руку, молилась за них. Она чувствовала свою слабость и беспомощность перед этой великой силой по имени Смерть.
Утром она встала с тяжелой головой и еще не успела до конца одеться, когда в ее комнату без стука ворвалась Сьюзен.
— Они собираются отрезать ему руку! — закричала она. — Патрик и Айен… они говорят, что должны… — Сьюзен закрыла лицо руками. — Я не могу этого вынести.
Торопливо натянув платье, Изабо кинулась в спальню Алистера. Шторы на окнах были задернуты, поэтому ей понадобилось несколько мгновений, чтобы глаза привыкли к темноте. Но когда она подошла к кровати, то увидела, что Алистер не спит. Хотя свет горящей свечи падал на такое же, как и прошлой ночью, красное от жара лицо, но глаза у него были совершенно ясные, и он переводил гневный взгляд с Патрика, который был у кровати, на братьев, стоящих в изножье.