— Берн согласился дать нам отсрочку.
— Пока вы не заимеете богатого мужа, — резко сказал Алек.
Кэтрин стыдливо отвела взгляд.
— Мое замужество — это единственное решение проблемы.
— Это проблема вашей матери, а не ваша, — проговорил Алек, чувствуя, что не в силах сдержать злость. — Почему вы взваливаете на свои плечи ответственность за ошибки ваших родителей?
— Кто-то же должен, — тихо сказала Кэтрин. Когда она подняла на Алека взгляд, в ее глазах стояли слезы.
Проклятие! Как могла миссис Меривейл позволить дочери встречаться с таким человеком, как Берн, вместо того чтобы самой разбираться с ним?
— Значит, вы хотите пожертвовать собственным счастьем для того, чтобы оплатить долги, в которых никогда не были виноваты? Оберегать покой такой легкомысленной женщины, как ваша мать, чтобы ее, упаси Бог, не побеспокоил Берн?
— Я делаю это не для мамы, а для всех других членов моей семьи. Если мы не сможем решить наши финансовые проблемы, моим сестрам придется вступить в брак по расчету, что весьма нежелательно, а мой брат унаследует разоренное имение. Кроме того, это никакая не жертва — выйти замуж за Сидни. Я люблю его, он любит меня.
— Я вижу, как он любит вас, — холодно произнес Алек. — Пока вы занимаетесь тут долгами вашего покойного отца, он бросил вас и сбежал в имение своего друга.
— Что вы имеете в виду? Что вы слышали о Сидни? — На лице Кэтрин появилось испуганное выражение.
— Ходят слухи, что он всю последнюю неделю пребывает в имении Нейпира, — ответил Алек.
Кэтрин вымученно улыбнулась:
— Вот видите? Я же говорила, что это не сработает. Сидни совсем даже не волнует, что вы за мной ухаживаете. Мы только попусту теряем время, разыгрывая ухаживание.
— Я вовсе не разыгрываю ухаживание. Грустная улыбка коснулась губ Кэтрин.
— Это очень любезно с вашей стороны так заявлять. Впрочем, со мной все в порядке, право же, все в полном порядке. — Кэтрин расправила плечи. — Давайте не будем больше говорить на эту тему сегодня. Давайте в последний раз с вами развлечемся. Я захвачу маму…
— Погодите. — Алек придержал Кэтрин за руку, когда она проходила мимо него. Пришло время для еще одного подарка. Если ей не понравится этот… — Я кое-что принес.
Кэтрин посмотрела на него снисходительным взглядом:
— Еще одна книга стихов какого-нибудь известного развратника?
— Нет, это не поэзия. — Алек извлек обтянутую бархатом шкатулку и протянул ее Кэтрин.
— Ясно. — На ее лице сохранялась снисходительная улыбка. — Драгоценности. Как оригинально!
— Откройте ее.
— Знаете, милорд, — проговорила Кэтрин, открывая шкатулку, — вы напрасно тратите на меня время. Я не какая-нибудь глупенькая девчонка, которую легко соблазнить чем-то… — Она вдруг осеклась, увидев то, что лежало в шкатулке. — Ой… это что-то…