На этот раз победит он. Прежде всего украдет Джорджа – сына того самодовольного нефа, который убежал на пароме за несколько дней до войны. Если Креншоу не захочет его взять, то придется перевезти этого проклятого негра далеко на Юг, чтобы Куил никогда не смог его разыскать. А еще лучше – убить его. А уж потом можно заняться другими неграми с фермы Фелпса. Если никто не помешает, все планы осуществятся. Месть возместит его унижения.
– Мы еще посмотрим, за кем будет последнее слово, мерзавец! – прошептал он. – Еще посмотрим.
Когда солнце вошло в зенит, Даниэль сделал знак Мерси съехать с дороги и остановиться в тени клена. Он помог ей выйти из фургона, достал корзину и поставил ее на землю. Мерси расстелила салфетку и выложила хлеб, намазанный маслом, и вареную курицу. Даниэль распряг Зельду и повел коней к реке.
Братья расположились в стороне от них, тихо переговариваясь. Вскоре и они отправились к реке. Даниэль вернулся, привязал лошадей, достал из фургона кувшин с водой и отнес его под дерево, где сидела Мерси.
– Где Ленни и Берни? Она достала из корзины оловянную кружку и поставила ее на землю перед Даниэлем, затем передала ему куриную ножку и два ломтя хлеба с маслом.
– Поят своих мулов. Думаю, что они не заблудятся, – сухо сказал он, и наполнил водой кружку.
– Минни, наверное, всю ночь готовила еду в дорогу. Ее хватит на несколько дней. Сначала лучше съесть мясо. Его нельзя хранить долго, как яйца и черничный пирог. Она взяла кружку и сделала большой глоток.
– Я сказал ей днем, что мы уезжаем. Корзина с едой была готова, когда я ушел с фермы прошлой ночью.
– Довольно жарко для этого времени года, – заметила Мерси, доедая хлеб с маслом.
– К вечеру похолодает. – Даниэль снял шляпу, положил ее рядом с собой на траву и вытер пот рукавом рубашки. Он сидел, уперевшись локтем в колено, и молча ел, поглядывая на дорогу.
– Даниэль, – Мерси ждала, когда он повернется к ней. – Мне не понравилось, что говорила обо мне Белинда. – Она приподняла голову и недовольно взглянула на него. – Было невежливо с твоей стороны разговаривать обо мне в моем присутствии. Она уже готова была назвать Ленни и Берни дерьмом из-за... того, как они выглядят.
– А у тебя есть другое мнение?
С минуту девушка думала, как ему ответить, осознавая, что он прав. Она почувствовала какую-то тяжесть в груди и комок в горле, который мешал ей говорить.
– Да, – хрипло проговорила она. – Я не права, так быстро осудив их. Теперь мне это понятно. И не потому, что они мои братья, а потому, что мама учила меня с уважением и вниманием относиться к людям, даже если они и не заслуживают этого. Мне не понравилось, как говорила обо мне Белинда. – Голос Мерси окреп. – Не хочу, чтобы меня жалели.