– Энджи… – повторил Рэйд.
Только он мог так произнести ее имя, чтобы в нем звучала страсть. Только рядом с Рэйдом она чувствовала себя прекрасной и желанной. Мысль о том, что это ощущение никогда больше не повторится, была невыносима. Заглушив стон, Энджи прикрыла глаза.
– Послушай, Энджи. Возможно, это наш самый серьезный разговор. Я поступил глупо. Не нужно было тебе рассказывать… во всяком случае, не так и не тогда. Но я ведь хотел как лучше! Хотел, чтобы ничто больше не стояло между нами до конца наших дней. Честно! Поверь, Энджи!
Она молчала; из-под опущенных век выскользнули две горячие слезинки.
– Ты меня слушаешь, Энджи?
– Д-да, – выдавила она.
– Слава богу! Я люблю тебя. Всегда буду любить. И то, что случилось, никогда не повторится. Обещаю. Не наказывай меня… за честность!
Нужно спросить о мисс Сопрано. Нет, ни к чему. Просто выругаться и бросить трубку? Тоже не годится. Лучше просто…
– Не бросай меня, Энджи! Вернись! Пожалуйста!
– Я больше не могу говорить. Мы садимся.
– Где?! – выкрикнул он почти с отчаянием. – Куда ты летишь?!
Я все-таки задела тебя! Исчезла, не сказав ни слова. Не позвонила ни разу. Что ж, я рада. Поделом!
– Я в Бостоне, – с трудом выговорила Энджи. – Но всего на пару часов, учти. Я приехала за своими вещами.
– Господи, Энджи, я…
– Надеюсь, ты ничего не имеешь против, – произнесла она со всей надменностью, на которую была способна. И повесила трубку.
Подкрасившись в такси на пути в Марблхед, Энджи осталась довольна результатом. Большие синие глаза с подводкой и капелькой теней на веках выглядели не такими круглыми, бледность исчезла благодаря волнению, так что даже румяна не понадобились. Поколебавшись, она предпочла перламутрово-розовую помаду выбранной вначале густо-красной.
Вот с волосами беда. Нужно было сообразить заранее и записаться к своему мастеру. Энджи прошлась по непокорным кудрям щеткой. Что уж теперь… И так сойдет.
Из аэропорта она позвонила в фирму по перевозке мебели, убедилась, что рабочие уже выехали к ее дому, после чего вновь пообщалась с автоответчиком Лизы, сообщив, куда направляется. В глубине души, как ни стыдно признаться, она надеялась, что Лиза не объявится. Потому что рассчитывала на появление Рэйда.
Энджи изо всех сил стиснула ключ от квартиры. Она так долго держала в кулаке этот кусочек металла, что тот стал горячим и влажным. Взгляд ее был прикован к унылому ноябрьскому пейзажу за окном машины. Боже, боже, что она творит?
Есть ли хоть один, самый крохотный шанс, что Рэйд все исправит? Жизнь без него – одинока и тосклива, но возможна. А вот возможно ли вернуть жизнь с ним?..