— Нет.
— Почему?
— Потому что это сентиментальная выдумка автора сценария. В действительности мужчины не говорят женщинам: «Мне тебя не хватает». Они говорят: «Я тебе позвоню».
— И не звонят. Ладно, мистер Брок. Задам вам еще один вопрос: что вы говорите, когда Келси поднимает вопрос женитьбы? Исследования показали, что, как правило, женщины первыми заговаривают о свадьбе.
— Что я говорю? То же самое: «Хорошая ты девчонка, Келси».
— Снова уклоняетесь от ответа?
— Уклоняюсь.
— Хорошо. Значит, тему женитьбы я тоже включу в сценарий.
— Стойте! Минуточку… — Брок вдруг покраснел, чего я от него никак не ожидала. — А если я не хочу, чтобы это было в сценарии?
— Почему?
— Потому что я не хочу жениться на Келси, — смущенно проговорил он.
— Почему же вы ей об этом не скажете?
— Не хочу ранить ее. Она…
— Знаю. Хорошая девчонка.
— Верно.
— А вы не считаете, что с людьми надо поступать честно?
— Уж не хотите ли вы сказать, что женщины честно поступают с окружающими?! — На этот раз он вспылил. — Слушайте, доктор Виман. Вы пытаетесь научить меня разговаривать, как женщина, и я ценю ваши усилия, потому что это поможет мне спасти свою шкуру и остаться в «Файнфудз». Но женщинам несвойственна честность! Возьмите хотя бы пример моей жены. Она постоянно врала мне, вертела мной как хотела, а я был таким идиотом, что верил ей. Конечно, вы профессионал и знаете, как говорят мужчины и женщины. Но я уверяю вас: Язык женщин не подразумевает честность!
— Ладно, — отступила я, видя, как он расстроен. — Спорить не буду.
Я и не могла с ним спорить, потому что прекрасно понимала: женщины, как и мужчины, могут быть нечестными. Я еще не знала тогда, что в скором времени мне предстоит лишний раз убедиться в этом на собственном опыте…
Всю весну Брок радовал меня своими успехами. Правда, время от времени мне с ним приходилось нелегко, но я начала понимать, что его попытки сопротивления были не просто ребяческими выходками, а осознанными попытками протестовать против моей методики. Постепенно наши занятия переросли из рукопашных сражений в горячие дискуссии.
Однажды вечером, в июне, я говорила об этом с подругами. Я не видела их больше месяца — Пенни трудилась над имиджем «Феминакса»; Гейл тратила все свое свободное время на юридические консультации насчет развода (она уверяла, что всерьез решила развестись с Джимом, но ему еще об этом не сказала); Изабелла фотографировала кошек в Восточном Хамптоне — на пляже, на вечеринках, в знаменитом клубе «Мадстоун» (туда не пускали евреев, но с кошками, видимо, дело обстояло иначе); Сара была в Лос-Анджелесе, сражалась и одновременно флиртовала с продюсерами, рискнувшими купить права на ее последнюю книгу.