— Звонок был?! — нервически завопила я.
— Давно уже, — сказала Мария. — Да успокойся, что упало, то пропало. Звонок был, когда я ещё по лестнице шла. Дай открывалку.
— Вот черт, — мрачно сказала я, копаясь в сумке. — Ведь я даже не поставила на эту Нарбонну… Ну да, в последовательность я её включила, но из квинты, из триплета выбросила, потому что боялась её сглазить.
— Не хочу, конечно, быть хамкой, но ты поглупела, — огорчилась Мария. — Она же тут выиграет только так!
— Она у пана Здися есть…
— Ну и что же? И пан Здись иногда выигрывает… Появился Метя, живой, здоровый и без видимых повреждений.
— Привет, девушки. Так что у нас приходит первым? Давай, Пальма!
— Метя, Бога ради…
— Погоди, дадим ему пива, может, он заткнётся.
— Метя, опомнись, Пальма бежит во втором, а сейчас первый. Принеси стакан…
Моника Гонсовская сзади осторожно коснулась моего плеча.
— Я тоже поставила на Нарбонну. Простите, пожалуйста. Она отлично выглядит. С Танзанией, два-шесть. Так у меня получилось по паддоку.
По счастью, на Нарбонну с Танзанией я тоже поставила, и меня это несколько обрадовало. Танзанией я начинала триплет и квинту и теперь с надеждой подумала, что, может быть, ученик Осика, несмотря на всю свою одержимость, все-таки не придёт первым, сделает хоть какую-нибудь ошибочку…
Завыл рупор, взмахнул флажок, черти-кони рванулись. Ученик Осика не сделал ни единой ошибки и выиграл в роскошном стиле от старта до финиша. Пан Здись впал в эйфорию, я выиграла последовательность, потому что, разумеется, Танзания пришла второй. Первый триплет и квинта у меня полетели к чертям. Мария не скрывала своего осуждения, настаивая, что у меня плохо с головой. Я ей не возражала.
— Зато у меня есть Пальма, — сердито сказала я. — Метя вон уже начал, пусть и дальше орёт своё «давай, Пальма!». А вы вместе ставите или порознь?
— И так, и этак.
Метя, весьма довольный жизнью, попивал пивко И лопал солёные палочки пана Вальдемара. Были они Потрясающими, откуда Вальдемар их брал, никто не знал, потому что источник он держал в строжайшей тайне, но приносил их все больше и больше. Ни в коем случае их не пекла его жена, потому что, как у практикующего врача, у неё работы было предостаточно и без солёных палочек.
— Метя, говори правду! — потребовала я бешеным шёпотом, — Ты про сегодняшний день что-нибудь знаешь?
— Слышал кое-что, — признался Метя. — Придут хорошие лошади, и придерживать их никто не будет. Пальма из них самая лучшая. Давай, Пальма!
— Посмотреть бы на эту Пальму, — сказала в пространство Моника Гонсовская и поднялась с кресла.