Джорджи почувствовала у себя на груди дыхание этих торопливых нежных слов. Пирс опустился на ее грудь и стал покрывать ее поцелуями, потом взял в рот нежный розовый сосок.
Как будто молния пронзила тело Джорджи, зажигая в его глубинах пожар, погасить который мог только ОН! Она схватила Пирса за руки, а ее влажное тело медленно таяло изнутри. Джорджи не знала, как долго она сможет вынести пожиравшую ее страсть и не закричать.
Пирс провел рукой по животу девушки, потом опустился ниже, туда, где находился трепещущий водоворот желания.
Он почувствовал, как девушка изогнулась под его рукой, ее вздох перешел в стон, предвещающий наслаждение — это был призыв, от которого кровь отхлынула вниз и то, что Пирс ощутил в следующее мгновение было очень похоже на боль. Он изо всех сил старался не торопиться, подготовить тело девушки к тому, чтобы оно приняло его без боли. Но тут она прижалась бедром к его пульсирующему мужскому естеству, заставляя его забыть обо всем.
Пирс лег сверху и стал целовать губы девушки, стараясь не проникнуть слишком глубоко, затем он опустился ниже и глубже вошел в ее влажную трепещущую плоть, сомкнувшуюся вокруг него.
Джорджи чуть подалась вперед, чтобы почувствовать его всего, соблазняя Пирса отбросить осторожность и взять ее всю, как просило ее тело. Но для него желание сделать первые моменты их близости как можно менее болезненными было сейчас важнее бушевавшей в нем страсти. Не обращая внимания на нетерпение девушки, на ее жадные поцелуи и зовущие бедра, он опускался очень медленно, пока не почувствовал, что сейчас нужно приласкать и успокоить ее. Пирс перебирал пальцами ее волосы и нежно поцеловал полуоткрытые губы, в последний раз перед тем, как взять ее девственность.
Джорджи вскрикнула, ее тело вдруг застыло. Пирс уткнулся лицом в ее волосы, стремясь взять себе хоть частицу ее боли. Он целовал лицо Джорджи, губы, нос, ресницы, чувствуя жаркое прерывистое дыхание девушки.
— Прости меня и не бойся. Боли больше не будет. Только наслаждение. До конца нашей жизни.
Девушка успокоилась, ее руки вновь стали ласкать тело Пирса с нарастающей страстью. Она прикоснулась языком к нежной ямочке у основания шеи. Это возбудило Пирса еще больше.
Он снова вошел в нее, бережно и нежно, насколько это позволяло его напряженное тело. Пирс сдерживал себя с трудом и не знал, сколько еще это может продолжаться.
Он был очень удивлен, когда Джорджи снова прильнула к нему. Оставив всякую осторожность, он полностью отдался своей страсти пока не наполнил ею трепещущее тело девушки.