Морган не раз говорил себе, что тут нечему удивляться. Когда каждый день сталкиваешься с женщиной вроде Лили, поневоле начинаешь сравнивать ее с той чистой и наивной девушкой, какой была Дженни. Лили Блэкмор оказалась полной ее противоположностью, – она шла по жизни, не задумываясь о таких мелочах, как стыд и приличия. И все же порой в душу Моргана закрадывалось сомнение: а так ли это на самом деле? Он не мог не обратить внимания на то, что у Дженни и Лили очень много общего. Когда он ловил себя на подобных мыслях, его тут же охватывал гнев. Как можно даже думать об этом? Лили – падшая женщина, для которой не существует норм морали, а Дженни… А Дженни больше нет.
Вечером в пятницу Морган, опустившись на колени, вставлял новое стекло в подвальное окошко со стороны сада. Дети играли наверху, а Марки и Жожо, как обычно, где-то болтались. Вспомнив о нерадивых поваре и дворецком, Морган недовольно хмыкнул.
В этот момент издали донесся быстрый, дробный стук лошадиных копыт, а вслед за этим прозвучали громкие крики и веселые восклицания. Можно было не сомневаться, что радостные возгласы наездников слышны во всех домах, расположенных на расстоянии не менее четверти мили от Блэкмор-Хауса. Удивленный, Морган вытер руки и посмотрел в ту сторону, откуда доносился шум.
Когда же ездоки показались из-за угла, со стороны Седьмой авеню, сердце замерло у него в груди. Трое наездников неслись бешеным галопом. Одно неверное движение – и любой из них мог сломать себе шею. Это было чересчур опасно. Чересчур беспечно! Однако вся троица беззаботно хохотала, как будто никому из них не приходило в голову, что они рискуют жизнью. «Да это же настоящие скачки!» – подумал с раздражением Морган.
И Лили Блэкмор, конечно, была впереди.
– Дьявол! – не удержался Морган. Услышав шум, на крыльцо выбежали дети.
– О мой Бог, – совсем как ее тетя, всплеснула руками Кэсси, – да это же Лили!
Морган следил за стремительным приближением всадников как завороженный. От волнующего зрелища у него захватило дух. Лили низко склонилась к холке лошади, ее волосы, рассыпавшиеся по плечам, развевались на ветру, подобно флагу мятежных повстанцев. В ней было столько жизни и неукротимой энергии, что Морган поразился: никогда прежде он не встречал подобной женщины! Словно излучающей свет. И беспечно прожигающей жизнь.
Ему приходилось сталкиваться с такими мужчинами, хотя и довольно редко. Но еще никогда – с такой женщиной. Для большинства людей жизнь представляет собой великую ценность. Но только не для Лили Блэкмор. Она презирала хрупкость и краткость человеческой жизни и не задумывалась над тем, что сама смертна.