Туча закрыла солнце, и померкли яркие краски дня. Травы полегли под набежавшим ветром, несшим с собой прохладу. Молния расколола потемневшее небо. Себастьян оцепенело застыл на краю скалистого выступа, где только что стояла Пруденс. Ее падение в воду вызвало бурлящую рябь на темном зеркале ее поверхности. Слова деда громовым раскатом прозвучали у него в голове: «Я бы предпочел, чтобы она умерла. Что-нибудь простое. Падение с лошади. Несчастный случай на охоте. Ты знаешь, как устраиваются такие дела».
Волнение на поверхности улеглось, и только ветер морщил зеркальную гладь, создавая на воде серебристую рябь.
— Пруденс! — прокричал Себастьян, но только тихое эхо откликнулось на его зов и принесло обратно его отчаянный крик. На другой стороне пруда отозвалась лягушка.
Себастьян сбросил туфли. Паническая нотка послышалась в его голосе, когда он снова окликнул девушку по имени. Лес тоскливо и протяжно стонал, чувствуя приближение грозы, и шумел ветер, запутавшийся в раскидистых кронах. Но вода даже не всколыхнулась.
Как просто было бы отвернуться и уйти к дому, не оглядываясь, и сделать вид, что никогда здесь не был. Себастьян с проклятием сорвал с себя сюртук и нырнул, вспенивая воду. Руки в мутной воде хватались за ускользающие водоросли, так похожие на волосы Пруденс. Себастьян напряженно осматривался вокруг, все еще ослепленный светом наверху. Что-то белое, мелькнувшее впереди, заставило его сердце радостно забиться. Его сильное тело рванулось к светлому пятну. Руки Себастьяна судорожно сомкнулись вокруг холодной руки Пруденс. Ее юбки вздымались вокруг талии. Волосы шелковистой паутиной оплели лицо и плечи.
Себастьян подтолкнул тело девушки вверх, руками обрывая опутавшие ее водоросли. Горели легкие, и меркло сознание от недостатка воздуха. Из последних сил он вытолкнул Пруденс на поверхность и вынырнул сам, поддерживая девушку на плаву и не позволяя ей вновь уйти под воду.
Первые капли дождя уже дробили зеркальную поверхность пруда, когда Себастьян сделал первый судорожный вдох. Тошнота выворачивала желудок, и на какой-то миг он испугался, что может потерять сознание и отправить Пруденс и себя на дно пруда. Камень нависал над ними черным клювом на фоне серого неба.
Себастьян перевернулся на спину и поплыл со своей драгоценной ношей к дальнему берегу. Его рука поддерживала за затылок голову Пруденс над водой, даже если он сам погружался вниз. Наконец, пальцы ног скользнули по вязкому илу. Он прополз через шуршащие заросли камыша, вытаскивая Пруденс за собой до тех пор, пока не уложил ее на твердую землю.