– Здесь все было по-другому семнадцать лет назад, до пожара тысяча семьсот девяносто второго года, – сообщила тетушка. – Помню вечера моей молодости, когда мой дорогой мистер Бедгрейн вывозил меня сюда на маскарады. Ах, чудесные были вечера! «Пантеон» называли «зимним Ранелагом». Валпол говорил, что это самое красивое здание в Англии. Так оно и было. Помню, как мы под руку с мистером Бедгрейном гуляли по ротонде…
– Вы любили его.
Тетушка Молли сморгнула, отгоняя старые образы.
– Любила. И люблю. Можно забыть, в какую книгу ты положила засушенные лепестки букета, но настоящая любовь не забывается. – Она приветливо кивнула подходящей паре. – Девона, дорогая. Типтон. Какое счастье, что этим вечером мы все решили прийти на маскарад!
В отверстиях для глаз на маске с огромным крючковатым носом насмешливо сверкали глаза Типтона.
– Мы не отказываемся от королевских приглашений. Девона локтем толкнула мужа в бок, но костюм смягчил удар.
– Не обращайте на него внимания, тетушка. Я была рада получить ваше приглашение. – И обняла тетушку, потом сестру. – Уинни, а ты не говорила, что придешь.
Они обменялись с Типтоном сочувствующими взглядами.
– Вот в чем проблема с королевскими балами. Все приходят без предупреждения. – Рассмотрев мужской костюм сестры, фасон которого был в моде лет сто назад, Уинни состроила гримасу. – И что это означает?
Девона усмехнулась, как чертенок.
– Французский разбойник. Неужели… – начала она, но не договорила, вспомнив, что сестра выкинула с костюмом в прошлый раз.
Два года назад Девона уговорила Амару изображать Уинни. Амару переодели во француза, так что ни Брок, ни Типтон ни за что не догадались бы, кто перед ними. Словом, как и многие другие планы Девоны, этот был полным безумием.
– Ты права, Уинни, – кивнул Типтон, догадываясь о ее мыслях. – Если бы женщина была в здравом уме, она не стало бы напоминать мужу о своем темном прошлом!
– Зануда, – беззаботно усмехнулась Девона. – Признайся, костюм был гениальный! Некоторое время Амара водила вас за нос.
Типтон погладил одно из белых перьев, торчавших из маски.
– Не было такого. Как только я увидел мисс Клейг, сразу понял, что это не Уинни!
Девону позабавила самоуверенность мужа. Она наградила его легким поцелуем в щеку.
– Мисс Бедгрейн?
Уинни обернулась, узнав голос лорда Невина. Его обычный костюм и простая черная маска говорили о том, что приезд в «Пантеон» был не запланирован.
– Извините, что прервал вас. – Он поклонился Уинни, а затем с уважением ее тетушке. – Окажите честь. Подарите мне этот танец.
– Я… – Взволнованная, Уинни безмолвно молила своих родственников о помощи. Месяц назад она бы искренне согласилась. Она считала его другом. Тем не менее непризнанное родство с Кенаном не давало ей покоя. В силу обстоятельств Уинни оказалась между этими двумя мужчинами. В глубине души она понимала, что из троих рискует больше всех.