— Они… Они не похожи на стражников, которых мы привыкли видеть в городе, или даже на обычных солдат из армии Рэнкана, — Салиман стал объяснять, подбирая слова. — Они были отобраны из Имперской Элитной Гвардии специально для назначения сюда.
— Пять мужчин для охраны наследного Принца, — задумчиво пробормотал Джабал. — Да, они, должно быть, действительно молодцы.
— Верно, — поспешно подтвердил Салиман. — Из всей огромной армии Рэнкана эти пятеро были отобраны за их мастерство владения оружием и непоколебимую верность Империи. С момента их прибытия в Санктуарий любая попытка подкупить или убить их кончалась смертью для того, кто пытался это сделать.
— Ты прав, — кивнул Джабал. — Они могут стать разрушительной силой. И все же. Они всего лишь люди, и, как у всяких людей, у них есть свои слабости.
Он на несколько секунд впал в глубокую задумчивость.
— Отпусти из казны тысячу золотых монет, — наконец приказал он. — Распредели их между людьми с тем, чтобы они распространили их по городу, особенно среди тех, кто работает во дворце правителя. В обмен я желаю получить всю информацию о церберах, индивидуально по каждому и по всем вместе. Особенно прислушивайся к любому проявлению недовольства в их же собственных рядах… Ко всему, что могло бы их обратить друг против друга.
— Будет сделано, — ответил Салиман, слегка кланяясь. — Желаете ли вы также провести колдовское расследование?
Джабал заколебался. У него был страх воина перед колдунами, и он старался их избегать по мере возможности. И все же, если церберы представляют собой довольно большую угрозу…
— Используй эти деньги на обычных осведомителей, — решил он. — Если понадобится нанять колдуна, тогда я лично…
Неожиданное волнение в дверях покоев привлекло внимание обоих мужчин. Появились две фигуры в голубых масках, тащивших между собой третью. Несмотря на маски Джабал узнал в них Мор-ама и Марию, брата и сестру, работающих на него в одной команде. Их пленником был мальчишка, облаченный в грязные лохмотья, которые обычно носят уличные дети Санктуария. Ему, по всей вероятности, было не более десяти лет, но злобные проклятия, которые он визгливо выкрикивал, пока сражался со своими конвоирами, характеризовали его как не по годам развитого.
— Мы поймали эту помойную крысу около дома, — объявил Мор-ам, не обращая внимания на протесты мальчика.
— Видимо, хотел своровать что-нибудь, — добавила его сестра.
— Я не собирался ничего воровать! — воскликнул мальчик, пытаясь вырваться.
— Уличная крыса Санктуария, которая не ворует? — удивленно поднял бровь Джабал.