— Конечно, я ворую! — сплюнул оборванец. — Все воруют. Но я не поэтому пришел сюда.
— Тогда почему ты пришел сюда? — требовательно спросил Мор-ам, отпустив мальчишке такую затрещину, что тот растянулся на полу. — Попрошайничать? Продавать свое тело?
— У меня послание! — завопил мальчик. — Для Джабала!
— Достаточно, Мор-ам, — приказал Джабал, неожиданно заинтересовавшись. — Подойди сюда, мальчик.
Оборванец с трудом поднялся на ноги, помедлив только для того чтобы стереть кулаком слезы, выступившие у него от злости. Он метнул взгляд, полный откровенной злобы на Мор-ама и Марию, а затем приблизился к Джабалу.
— Как тебя зовут, мальчик? — начал Джабал.
— Меня… зовут Манго, — оборванец стал заикаться, неожиданно оробев.
— Вы Джабал?
— Да, — кивнул тот. — Ну, Манго, где то послание, которое ты для меня принес.
— Оно… Оно не написано, — пояснил Манго, бросив быстрый взгляд на Мор-ама. — Я должен сообщить вам его устно.
— Очень хорошо, говори же, — торопил его негр, выказывая нетерпение.
— А также скажи, кто послал сообщение.
— Послание от Хакима, — выпалил мальчик. — Он велел мне сказать вам, что у него для вас есть важная информация.
— Хаким? — нахмурился Джабал.
Старый рассказчик! Он частенько оказывал услуги Джабалу, когда люди забывали, что он может не толика говорить, но и слушать.
— Да, Хаким. Он торгует рассказами на базаре…
— Знаю, знаю, — обрезал Джабал. По какой-то причине сегодня все решили, что он ничего не знает о людях в городе. — Какая у него для меня информация, и почему он сам не пришел?
— Я не знаю, что за информация. Но она важная. Настолько важная, что Хаким прячется, опасаясь за свою жизнь. Он заплатил мне за то, чтобы я привел вас к нему, так как чувствует, что эта информация будет особенно ценной для вас.
— Привести меня к нему? — загрохотал Джабал, выходя из себя.
— Одну минуту, мальчик, — вмешался Салиман, впервые заговорив с того момента, когда его доклад был прерван. — Ты сказал, Хаким заплатил тебе? Сколько?
— Серебряную монету, — гордо объявил мальчик.
— Покажи ее нам! — приказал Салиман.
Рука мальчика исчезла в лохмотьях. Затем он заколебался.
— Вы ведь не отнимите не у меня? — спросил он с опаской.
— Покажи монету! — взревел Джабал.
Испуганный этим неожиданным взрывом, Манго протянул вперед кулак и раскрыл его, показывая серебряную монету, лежащую у него на ладони.
Джабал вопросительно взглянул на Салимана; тот молча поднял брови в удивлении, размышляя. Тот факт, что у мальчика действительно оказалась серебряная монета, указывал на многое.
Во-первых, Манго, возможно, говорил правду. Уличные крысы редко когда имеют больше нескольких медяков, поэтому серебряная монета попала к нему от какого-то постороннего благодетеля. Если бы мальчик украл ее, он бы сейчас сам прятался, торжествуя над своим злосчастным сокровищем, — а не показывал бы ее открыто, как он это сделал только что.