Щеки девушки вспыхнули. Черт бы побрал эту надменную леди! Подобрав юбки, Блу стала подниматься вверх по лестнице. Вскоре все прошли по коридору и остановились перед блестящими дверями.
– Зеленые апартаменты, – объяснила леди Кэтрин, знаком приглашая Месье войти. – А это – розовые апартаменты, – добавила она, указывая на противоположную дверь.
Блу заглянула в розовые комнаты, и у нее перехватило дыхание. Она и вообразить себе не могла, что бывает такая красота. В немом благоговении она осторожно вошла и протянула дрожащую руку к столбику кровати. Покрывало на постели было темно-розовым, а изящные легкие занавеси – более бледного оттенка. В ковре же розовые нити переплетались с темно-синими. На стенах, обитых дорогим муаром, висели картины, а окна украшали парчовые и бархатные драпировки. Еще Блу заметила камин и поразилась количеству стульев. Она и не подозревала, что на свете существует столько стульев. Но самое удивительное – это множество блестящих безделушек, расставленных повсюду. Блу представления не имела, для чего они нужны, и боялась к ним прикоснуться.
– Надеюсь, вам здесь будет удобно. – Судя по снисходительному тону леди Кэтрин, она отлично понимала, что Блу никогда в жизни не видела таких комнат даже в мечтах.
При других обстоятельствах Блу непременно пришла бы в ярость, но сейчас она чувствовала себя словно птица, у которой подрезаны крылья, или рыба, выброшенная волной на песок. Девушка понимала, что здесь она не на своей территории, а в полной власти леди Паджет, и от этой мысли ее бросило в дрожь. Одна во вражеском лагере… Совершенно беззащитная… Облизнув, пересохшие губы, Блу молча повернулась к леди Кэтрин; она не знала, что говорят в подобных случаях.
Но тут рядом с леди Паджет появилась молодая женщина. Она была всего на год или два старше Блу и сидела в странном кресле на колесах, которое толкала служанка. У девушки были васильковые глаза, как у леди Кэтрин, и такие же блестящие золотистые локоны. Она с любопытством посмотрела на Блу, и ее лицо осветилось робкой улыбкой. Леди Кэтрин поджала губы и вздохнула.
– Я надеялась отложить эту встречу до более подходящего момента, – произнесла она, глядя на девушку в кресле. Впервые в голосе леди Кэтрин послышались напряженные нотки.
– Ты Блузетт, не так ли? – по-прежнему улыбаясь, сказала де пушка.
Блу сдержанно кивнула.
– Что ж, видно, вам известно обо мне больше, чем мне о вас.
Она пыталась вспомнить, нужно ли делать реверанс, приветствуя особу своих лет. Хотя молодая женщина оказалась единственной в доме, кто держался приветливо, она не делала попытки встать со своего странного кресла, и Блу решила, что обмен реверансами не обязателен. Последовав примеру молодой леди, она просто вежливо кивнула и улыбнулась.