— Смеяна…
Прозрачно-серые глаза снова нашли его взгляд в полумраке.
— Ты узнаешь меня? Милая моя Смеяна, ты узнала меня? — проговорил Данила, не чуя собственного голоса.
В наступившей тишине стало слышно, как в сенях ворочается в груде рваного тряпья страшный полуночный оборотень Вретень. Скрипнула скамья — Свищ шевельнулся на лавке, когда Смеяна едва заметно покачнулась на нижней ступеньке лестницы, — мертворожденная тень улыбки скользнула по губам пушистого зверька. Стальной взгляд из-под ресниц блеснул в лицо Данилы — и погас: она закрыла лицо обеими ладонями и медленно опустилась на ступени, подгибая под себя длинные ноги. Уперлась подбородком в согнутые колени — поток черного шелка залил лицо и ладони, осыпаясь локонами на грудь.
— Смеяна, сокровище мое! — В тишине неловко прозвучал голос встревоженного Скараша. — Что с тобой? Ты узнала его?
— Узнала ли я его?! Вы еще спрашиваете! — Тонкое смеющееся лицо разом вынырнуло из взметнувшегося облака волос. Смеяна в веселом изнеможении откинулась затылком к стене: — Да я не верю своим глазам! Это невероятно… Разумеется, я узнала его!
Щеки ее мгновенно потемнели от взволнованной крови, и из-под верхней губы заблестели влажные зубы…
— Это же Данька Коваль! — Тонкая рука, затянутая в черную кожу, лениво разогнулась, указывая на Данилу красивым пальцем с золотым ободком перстня поверх перчатки. — Мы искали его несколько дней, а он сам к нам пришел! Что за удивительная встреча…
И после короткой паузы, по-прежнему сквозь смех:
— Это счастливая встреча, Свищ. Даже не сомневайся. Можешь оторвать ему голову прямо сейчас.
Нет, Данила не побледнел. И сердцу не стало тесно в похолодевшей груди. В очередной раз его спасло странное ощущение — абсолютная уверенность в том, что он неуязвим. Что-то должно прийти на помощь, какая-то случайность вот-вот изменит ситуацию в его пользу и сделает победителем… Поэтому он не стал нащупывать за голенищем сапога небольшой ножик с костяной ручкой, не захотел выпрыгивать в окно, выбивая головой прикрытые ставни. Просто улыбнулся и выдержал паузу.
На помощь неожиданно пришел Скараш: хрустнув пальцами и изумленно играя бровями, подался всем телом вперед на застонавшем стуле:
— Но… моя милая ученица Смеяна! Разве Данька Коваль не сгорел заживо в собственной кузне?! Разве ты не поведала нам об этом, воротясь вместе с Одинок-ханом из окрестностей города Морама?
— Да-да, я была уверена, что мы сожгли его. — Смеяна всплеснула гладкой ручкой, словно отмахнулась от насекомого. — Очевидно, дубрович ухитрился выжить! Эти славянские кузнецы — довольно сильные колдуны, они знают заговоры от огня. Он выбрался из пламени… Свищ, не дай ему уйти на этот раз!