– Так вот почему ты никогда не позволяла мне…
– Да, – поспешно прервала его Мэгги. – Я знаю, что вы не хотите иметь ребенка от меня. Позвольте мне взять эту вещь.
– Почему ты не сказала мне раньше? – спросил Чарлз.
Мэгги не могла понять, обижен он или доволен тем, что она поступала так.
– Я полагала, что вам не надо об этом знать. Я думала, что вы должны радоваться, если ничего такого не происходит.
Чарлз на мгновение закрыл глаза, а когда открыл их, выражение его лица было непроницаемым.
– Ты почти раздета. Я сам принесу твое средство. Где оно находится?
– В выдвижном ящике стола, – тихо сказала Мэгги, испытывая еще большее смущение.
Он освободили, и она села, откинувшись на спинку дивана. Барон направился к двери, но задержался и посмотрел на Мэгги через плечо.
– Оставайся здесь, – сказал он и вышел из комнаты.
Чарлз нашел маленькую жестяную коробочку там, где указала Мэгги. Он открыл ее и обнаружил кусочек губки, плавающий в прозрачной жидкости, которая по запаху, несомненно, являлась уксусом.
Как он мог не заметить, что она пользовалась… этим? Стало быть, Мэгги была очень осторожной, чтобы не произвести на свет ребенка, лишенного отца, чтобы их отношения не имели нежелательных последствий.
В этой маленькой коробочке содержался верх цинизма. Или мудрости? В настоящее время трудно было определить разницу, но в какой-то степени все это выглядело как обвинение в преступлении. То, что было между ними, являлось запретным, непризнанным в обществе и должно оставаться в тайне, поэтому Мэгги, хорошо знавшая жизнь, с присущим ей спокойствием следовала правилам этого мира. Все это вызывало у него мрачный гнев… не на нее, а на себя и главным образом на этот мир.
Чарлз закрыл крышечку и, зажав коробочку в ладони, стал спускаться по лестнице. В доме было темно и тихо; предвидя возможную стычку с Мэгги после ее возвращения, Чарлз отправил дежуривших лакеев в сад за домом и отпустил остальную прислугу на этот вечер. Миссис Першинги Нэн с детьми отдыхали в своих комнатах в мансарде, а Салли тоже находилась у себя, ожидая вызова по звонку.
Когда он снова вошел в гостиную, Мэгги все так же сидела на диване, хотя теперь была только в ночной сорочке и панталонах. Она наблюдала за Чарлзом без всякого смущения, словно отсутствие верхней одежды не имело для нее никакого значения. Ну разумеется, ведь еще пару недель назад она жила в одной комнате с несколькими людьми, скромность для нее являлась ненужным излишеством, к которому она не привыкла. Чарлз с неоправданной ревностью подумал, как часто Фрэнки и Гарри видели ее полуодетой.