После того как корзина опустела, Жюв окинул взглядом Фандора с ног до головы.
— Какой у тебя рост? — спросил он.
У Фандора от удивления округлились глаза, он на секунду наморщил лоб:
— Насколько я помню, ростомер показывал мне метр семьдесят пять.
Жюв достал из кармана метр и измерил длину корзины.
— Отлично, — тихо произнес он, — ты будешь здесь как король, мне было бы неприятно, если бы ты провел ночь скрюченный в неудобной позе.
— О, хорошее гостеприимство с вашей стороны, Жюв; отныне вы запираете своих гостей в клетку!
— Да, да, в клетку, малыш!
Продолжая болтать, Жюв бросил на дно корзины матрац, положил на него пару покрывал и поверх всего водрузил подушку. Взбив напоследок постель, Жюв, смеясь, заверил Фандора:
— Ты отлично выспался бы в этой постели, но этой ночью я не советую тебе делать этого, разве что похрапеть для виду!
Журналист, глядя на свое ложе, качал головой, хотя и привык к самым невероятным выдумкам своего друга.
Жюв объяснил:
— Я не могу тебя оставить просто так, без укрытия, если бы я знал о твоих намерениях, я приготовил бы для тебя такой же защитный костюм, какой есть у меня, взгляни лучше сам.
Жюв, сняв пиджак и жилет и натянув ночную рубашку, вытащил из шкафа три пояса с шипами, шириной примерно сантиметров пятьдесят каждый.
— Видишь, Фандор, — заявил Жюв, показывая эти современные латы своему другу, — я буду в полной безопасности, когда надену это на себя… Ах, да, я забыл еще свои поножи!
Жюв вернулся к шкафу, взял два других пояса, также усеянных шипами. Фандор остолбенело разглядывал снаряжение, которое напяливал на себя Жюв. Полицейский, облачившись в эту странную нелепую амуницию, игривым тоном заметил:
— Это испортит мне, правда, пару моих покрывал.
— Что это все означает, Жюв, вы совсем потеряли голову?
— Наоборот, я стараюсь ее уберечь и именно для этого наряжаюсь под средневекового рыцаря в полном смысле этого слова.
— Это не новое изобретение: ты помнишь знаменитого Лябефа, который знал о привычке полиции хватать задерживаемых за руки и которому поэтому пришла в голову гениальная мысль носить под пиджаком нарукавные повязки, усыпанные гвоздями. Когда полицейские пытались его схватить, они тут же ранили себе руки…
— Я знаю, но…
Полицейский вдруг приложил палец к губам журналиста:
— Все, Фандор, хватит; на часах уже двадцать минут двенадцатого, а у меня привычка ложиться в половине двенадцатого, и Фантомасу это известно. Валяй в свою корзину и тщательно закрой ее крышкой. Я думаю, тебе не будет слишком жарко, к тому же я оставил окно открытым.