В маленькой темной кладовке вдоль двух стен были сделаны полки, на которых удобно примостились коробки с разными мелочами, а в дальней от двери части, между полками, были закреплены три пластмассовые палки. На них Самойлов вешал храниться одежду в мешках.
В этот вечер Прохор Аверьянович вошел в кладовку с едва ощутимым желанием повеситься. Желание это зудело в нем с самого утра, отнимая вкус у кофе, скрежеща за стенкой дрелью вечно что-то ремонтирующего соседа и заливая сердце жирной остывающей смолой скуки. Сам не понимая почему, но в кладовке, включив свет, он вдруг стал принюхиваться. Мало того, он снял с перекладин мешки с одеждой и все их обнюхал. Потом он забрался на табуретку и бездумно потрогал кончиками пальцев крюк, предназначавшийся для люстры, рядом с которым висела на скрученных проводках голая лампочка. В этот момент Прохор Аверьянович встрепенулся и стал анализировать. Например, зачем в кладовке вешать крюк для люстры? И есть ли такой крюк в туалете? Вот тогда-то, стоя на табуретке, он вдруг и уловил тончайшую струйку запаха. Духи!
Следующие полчаса Самойлов перенюхал все коробки и расчихал накопившуюся на верхних полках пыль по всему помещению. Им был обнаружен угол, в котором запах чувствовался наиболее отчетливо. Он был едва ощутимым, но холостяка, ни разу в жизни не пользовавшегося резким парфюмом, этот запах дразнил, как нахальный мышонок возней и хрустом в недосягаемом месте.
Самойлов достал из угла за дверью стремянку. Через минуту он уже осторожно отковыривал оторвавшийся уголок обоев у самого потолка. Потом встал на следующую ступеньку, дотянулся носом до образовавшегося странного отверстия и вдохнул. Место, по которому запах проникал в кладовку, было обнаружено.
Поковыряв после этого в дыре пальцем, Прохор Аверьянович проанализировал свои ощущения. Несомненно, за обоями скрывалось отверстие, закрытое мелкой сеткой. Вроде вентиляционного отверстия в кухне, которое он сам закрывал подобной сеткой.
Из кладовки он вышел почти окрыленный. Счетчик в коридоре у входной двери слабенько крутил диск с красной полоской. Самойлов обошел квартиру, вытащил из розеток вилки от нового телефона, телевизора, холодильника, видеомагнитофона. Счетчик крутился. Хлопнув себя по лбу, Прохор Аверьянович выключил все лампочки, взял фонарик. Счетчик по-прежнему вращал диск, с медлительной регулярностью показывая красную полоску.
Самойлов почувствовал прилив сил. Зажег свет, возвратил вилки в розетки, включил чайник и поздравил себя с наступлением старческого маразма — впору идти сидеть у подъезда на лавочке, подсасывая глазами и ушами чужую жизнь. Думал при этом Самойлов и о девочке Лере.