Глориана замерла на стуле. Она хотела было заговорить, рассказать ему обо всем, что знала и о чем догадывалась, но вдруг комната закружилась у нее перед глазами, а в ушах раздался какой-то свистящий звук. Голубой туман окутал все вокруг, скрывая Дэйна, перед ней словно упала пелена из тончайшего колышущегося газа.
В удивлении и ужасе Глориана смотрела, как комната видоизменяется, превращаясь в странное свое подобие. Пол стал другим, а стены были увешаны множеством красочных картин. Странно одетые люди ходили кругом, разглядывая полотна, быстро разговаривая между собой на непонятном, но знакомом ей с детства языке. Глориана все еще сидела, но стол перед ней исчез, и ей казалось, что и стула под ней тоже нет. Маленький мальчик, единственный, кто обратил на нее внимание, был одет в точно такие же штаны, рубашку и ботинки, какие были спрятаны на чердаке в ее доме и деревне.
- Леди, - произнес он, указывая на нее.
Глориана испугалась, что судьба разлучит ее с Дэйном, возможно, даже навсегда. Она беззвучно, но пламенно молила Бога о возвращении в тринадцатый век, потому что там был ее настоящий дом.
Она не отдавала себе отчета в том, сколько прошло времени, прежде чем она снова оказалась в знакомой комнате, рядом с Дэйном. Он вылез из ванны и стоял рядом с ней. На нем была только наспех накинутая мокрая рубашка. Он взял ее за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза.
- Господи, Глориана, что здесь произошло? - спросил Дэйн страшным шепотом. Он был бледен, как полотно, его трясло с ног до головы.
- Я не знаю, - ответила она срывающимся голосом, когда смогла наконец говорить. - Что именно ты видел?
Дэйн подвинул стул и сел напротив Глорианы.
- Что это был за фокус? - спросил он, прищурившись. Он все еще слегка дрожал, этот храбрый солдат, воевавший со свирепыми турками. - Готов поклясться, Глориана, что в этом вине было не только снотворное. Ты исчезла на моих глазах. - Дэйн взял ее за руки. Они были холодными, как лед, и он стал растирать ей пальцы. - Либо я сошел с ума, либо ты волшебница и умеешь творить заклятия.
Глориана поежилась: с обвинениями в колдовстве не шутят. Многие несчастные, судимые как ведьмы и колдуны, исчезли навсегда, а наказания, выносимые за сношения с нечистой силой, были такими жестокими, что волосы вставали дыбом.
- Я не ведьма, - прошептала она испуганно. - Пожалуйста, даже не думай о таких вещах!
- Но я же видел, как ты исчезла! - настаивал Дэйн, положив руки ей на плечи.
Глориана опустила голову.
- Конечно же, дело в вине, - сказала она, - вот и все!