в угоду Кришне перерезавший весь свой род. Преданный Кришне не несет никакой ответственности за свои действия, даже если убивает человека
[2] — поучают гуру. Наверняка девчонка угодила в лапы подобной нечисти, тем паче, что она имеет богатого предка и станет отличной «дойной коровой». Несмотря на «святость», гуру падки до денег.
— Можно осмотреть ее комнату? — спросил я.
— Зачем?! — насторожился коммерсант.
— Мы надеемся отыскать там какую-нибудь зацепку, которая поможет распутать клубок… — терпеливо объяснил Юра.
— Хорошо, поехали!
Господин Куракин проживал неподалеку от метро «Крылатское», в новом доме с улучшенной планировкой. В просторном чистом дворе под бдительным присмотром мамаш (или гувернанток, хрен их там разберет) резвились нарядные дети. Возле подъездов стояли иномарки. Юркина «восьмерка», плетущаяся в хвосте «Мерседеса» Куракина, выглядела здесь бедной родственницей. Провозившись не менее пяти минут с многочисленными хитроумными замками, Владимир Николаевич наконец запустил нас в квартиру. Едва переступив порог, коммерсант сделался белее мела.
— Боже мой! — прошептал он. — Здесь кто-то был!
Действительно, все вокруг носило следы поспешного, неряшливого обыска. На полу валялись разбросанные бумаги, книги, выдернутые из письменного стола ящики.
— Проверьте, что пропало! — посоветовал Юрка.
Пока бизнесмен проводил ревизию своего имущества, мы осмотрели комнату дочери, но не обнаружили ничего интересного, кроме небольшой записной книжки, где были нацарапаны несколько телефонных номеров без указания абонента. Юрка положил ее в карман.
В этот момент вернулся Куракин.
— Все на месте! — сообщил он. — Только не могу найти конверт с завещанием.
— Что-о! — нахмурился Голиков. — Вы уверены?
— Да, везде искал!
— На чье имя завещание?
— На дочку, разумеется! Больше у меня никого нет!
— Проклятье! — не выдержал я. — Плохи дела!
— На что вы намекаете? — надменно поинтересовался Владимир Николаевич.
— На то, что придется теперь вас охранять!
— Значит, так, молодой человек! — разозлился коммерсант. — Вам поручено разыскать и вернуть домой мою дочь, а не пачкать ее грязными подозрениями! Если вы…
В этот момент зазвонил телефон. Подавившись гневной речью, Куракин схватил трубку.
— Ирочка, ты? — с надеждой воскликнул он.
Но это была не Ирочка. Слушая невидимого собеседника, глава фирмы «Золотое руно» застыл как изваяние. Лицо его начало вытягиваться, будто в кривом зеркале.
— Да-да! Конечно! — наконец пробормотал он. Меня поразила произошедшая с ним метаморфоза. Наш заказчик выглядел теперь, как труп недельной давности. Кожа посинела, на скулах появились оранжевые пятна.