- Он превращается в настоящего тирана, этот Фредерик Август. Бросает бедного герцога Кента и отказывается передать командование принцу Уэльскому. Полагаю, дело в том, что он любимчик старика и может делать все, что пожелает: ведь у старика с головой не все в порядке. Ну и семейка - вы не можете не согласиться со мной, - они не лучше Бурбонов. Одна ошибка, и фью! - головы с плеч. Слава Богу, я шотландка и не должна проявлять лояльность. Сандвичи просто великолепны. Их готовят у вас?
Не дожидаясь ответа, она схватила еще один.
- Заметьте, - продолжала она, - Стюарты были вовсе не так хитры. Юный Чарли выглядел изумительно в своей юбке - но это все, что можно сказать о нем. Он срывался с места, как заяц при выстреле. Моя мама убила бы меня за такие слова, но еще в детстве мне нравилось слушать про "юного претендента". Красный камзол и вышивка. Между прочим, я люблю взрослых, остепенившихся мужчин, а его нельзя было назвать даже неоперившимся юнцом. Не пора ли вам расставить точки над "i" и поведать мне о моей судьбе? Какой чертик выскочит сегодня из цилиндра? Предупреждаю, если это будет старый боевой конь, я не намерена связываться с ним, даже если он наградит меня медалью.
Счастливо улыбаясь, она уселась на диван. После чаепития с детьми шампанское приятно разлилось по телу, комната не казалась уже такой уродливой, а купидоны - опасными.
- Да, а как насчет перчаток? - спросила она. - Давайте перейдем к делу.
Хозяин дома, все еще чувствовавший себя страшно неловко, направился к двери.
- Боюсь, они больше не понадобятся.
- Ну и хорошо. Я только допью шампанское.
- Вы меня не поняли. Я хотел сказать...
Вошел шоколадный слуга, потянул его за рукав и что-то зашептал на ухо. Том Тейлор склонился к нему, при этом у него вывалился живот, потом быстро выскочил из комнаты. Внезапно ее охватили подозрения, она встала.
- О нет, - проговорила она, - вы не можете так вот бросить меня, ничего не объяснив мне. В чем дело, и зачем этот малыш в тюрбане, и эта чепуха по поводу перчаток?..
Ужасная мысль пришла ей в голову. Ее судьба будет "цветной". Стареющий индийский раджа, усыпанный рубинами...
- Боже мой! - вскричала она. - Если он черный, можете принимать его сами.
Она услышала позади себя какой-то шум. Ширма зашевелилась, потом сложилась, и за ней открылась дверь - дверь, распахнутая в соседнюю комнату. Облокотившись на косяк, скрестив ноги и засунув руки за отвороты камзола, в дверном проеме стоял мужчина. Ростом около шести футов и двух дюймов, довольно плотного телосложения, с голубыми проницательными глазами, крупноватым носом. На вид ему было около сорока. Она сразу же узнала его и похолодела: она десятки, сотни раз видела это лицо в газетах и памфлетах. Лицо, которое она узнала бы из тысячи других. Ей была знакома его прическа, отделка его камзола, манера отдавать честь. Теперь же это лицо было совсем рядом, лицо живого человека, а не рисунок в газете. Фредерик Август, герцог Йоркский и Олбани.